Ничего, зато рожать легко будет, — приободрил ее дядя Миша.
Он трахал ее рывками, чувствуя, как сжимается у нее все внутри при каждом новом толчке, а тетя Римма выла как собака. Я не на шутку испугался, что она сейчас помрет и даже стал думать о том, а не стоит ли мне выйти из своего укрытия и придти к ней на помощь. И было бы от чего помереть — раздувшийся член дяди Миши еле влезал в ее пизду, казалось что еще чуть-чуть и все ее женские внутренности порвутся от такого напора. А дяде Миши, казалось, только этого и хотелось — не смотря на сопротивление он пропихивал свой дрын глубоко внутрь женщины, нещадно буравя головкой ее матку.
— Ой, ну поосторожней, Мишенька, не спеши так, — со слезами в голосе просила тетя Римма.
— Что, давно не ебал тебя, дырка заросла? Ну ничего, сейчас мы ее обратно раскочевряжим.
Дядя Миша со смачным чмоком вытащил из нее свое орудие и деловито провел рукой у нее между ног. Рука была влажной — не смотря на такое грубое вторжение, женская природа брала свое. Довольный проведенным осмотром он с силой шлепнул ладонью по самому чувствительному месту, вызвав очередной взвизг тети Риммы, затем оторвав ее руки от дивана и сцепив их за ее спиной, вновь принялся ее обрабатывать, слегка сменив тактику. Почти полностью вытаскивая свой член из влагалища тети Риммы он в следующий момент с силой загонял его обратно, вызывая ее протяжное оханье, которое вне всякого сомнения заводило его еще больше. Сам дядя Миша сопел и постепенно наращивал темп. В какой-то момент сопенье сменилось хрипами и быстро-быстро дергая задницей дядя Миша повалил тетю Римму на диван и, дернувшись последний раз, кончил. Затем встал и, не обращая на капающую с члена сперму, подошел к столу и, налив себе рюмку водки, залпом ее выпил. В то время тетя Римма поднялась с дивана и взяв лежавшую рядом дядимишину майку стала вытирать ей у себя между ног.
— Чего вытираешь, опять же орать будешь что сухо все там, — дядя Миша подошел к ней и отнял испачканную спермой вещь.
— А ты что ж, еще раз сможешь? — тон вопроса не понравился дяде Мише. Он повалил женщину на диван и задрав ноги стал тыкать ей в промежность своим вялым членом. Поняв, что таким способом ничего добиться не сможет, дядя Миша усадил тете Римму, а сам встал на колени так, что его член оказался напротив ее губ.
— Давай, бери в рот, если хочешь продолжения.
Не смотря на жесткое обращение, тетя Римма послушно открыла рот и обхватила губами ствол дяди Миши, а он стал двигать им вперед-назад, вызывая при этом забавное чмоканье. Когда у него снова встал, дядя Миша вынул член изо рта и стал водить по лицу тети Риммы, испытывая при этом какое-то особенно удовольствие. Мне показалось, что и тетя Римма не против подобных «ласк».
— А теперь открой рот шире и покажи язык, — дядя Миша стал тереться головкой о ее шершавый язык, его дыхание стало тяжелым, а все мышцы напряглись, ожидая разрядки. Он смотрел на смирно сидящую перед ним тетю Римму и это зрелище наряду с ощущениями влажной мягкости ее рта доставляло ему ни с чем не сравнимое удовольствие.
— Хорошо, хорошооо, — прорычал он готовый кончить, а потом сжав в руках лицо тети Риммы, он одним рывком загнал член ей в глотку и прижал ее голову к своему паху.
Тетя Римма задергалась и попыталась освободиться, но мужчина крепко держал ее, кончая от спазмов в ее горле. Наконец, выдохнув в последний раз дядя Миша, наконец, вышел изо рта хрипящей тети Риммы, дав ей возможность изрыгнуть из себя всю сперму, попавшую ей в дыхательные пути.
Тетя Римма выглядела не лучшим образом — слезы, слюни и сперма перемещались на ее лице, даже из носа что-то текло. Дядю Мишу это зрелище похоже не сильно трогало:
— Ну вот, теперь и не поймешь, где лицо, а где пизда, — выдал он.
— Да ты, да я тебя, — наконец придя в себя завопила тетя Римма, — да только тронь меня еще раз, скотина!
— Да чего ты орешь, дура, свое
