Мне 25. Я полицейская. Сейчас я сижу перед зеркалом и крашу ногти. И что скрывать, любуюсь своим телом, своей красотой.
На службе всего два года. Помню первый день своей службы. Его сумятицу, неразбериху. Похотливые взгляды сослуживцев полицейских.
Вечером того же дня меня оттрахал начальник отдела в своем кабинете прямо на столе. Да и к тому времени в школе милиции я была далеко не «пай девочкой»
Но одно я усвоила хорошо. « Красота — страшная сила! Надо лишь умело использовать ее. В первые полгода я переспала практически со всем начальствующим составом и теперь использую по службе свое положение.
У меня лучший напарник. Лучший район города. Практически мой «бойфренд» патрулирует за нс двоих, давая мне возможность сачкануть от службы.
Звонок. Сообщение от него. Срочно приехать. Минута и я в форме полицейского. Только сапожки не по уставу. Ну не могу я отказать себе в этом. В них я выгляжу очень сексуально. Мужики так просто пускают слюньки увидев мои стройные красивые ножки в них.
Две минуты и я на месте. Напарник объясняет ситуацию. Взял заложницу, угрожает пистолетом. Пару раз стрельнул в мою сторону.
— Ну в общем все как обычно! Требует как все мешок баксов и самолет до Майями.
— Вызовем омон, или возьмем сами? — может ты хочешь поиграть с ним в кошки мышки. А он красавчик. И в твоем вкусе.
— Надо посмотреть что там за кадр. Снимаю форму, натягиваю обтягивающие джинсы, сверху сапожки.
— Как я выгляжу?
— Класс! Я бы тебе отдался в первую же секунду!
— Все партнер! Возьму его сама. Хотя горю желанием пристрелить паскуду.
— Стреляй! Как всегда отмажемся!
Вступает в действие мой профессионализм переговорщика и вот уже я без оружия подхожу к двери его квартиры.
Открылась дверь. Войдя в комнату, поразил испуганный, измученный взгляд заложницы — хозяйки квартиры. Ее глаза умоляли, просили о помощи. Рот стянут скотчем. Руки за спиной.
— Все! Все! Все хорошо! Отпусти заложницу. Я останусь с тобой вместо нее. Со мной у тебя больше шансов покинуть эту страну.
Удивительно, но юношу успокоила эта простая фраза. Стало понятно что контакт налаживается и пока он молчит, необходимо войти преступнику в доверие.
— Вот видишь, я безоружна! Смотри! Вот я поворачиваюсь, поднимаю руки вверх. Видишь, с моей стороны тебе нечего опасаться. Я буду с тобой, буду послушной, покорной. Давай отпустим эту уставшую измученную долгим страхом пожилую женщину!
— Отпущу! Но прежде сними одежду! Хочу удостовериться что нет «сюрпризов» Знаю я вас «мусоров»
— Сниму! Сниму прекрасный юноша! Но прежде отпусти пожалуйста женщину, она же тебе в матери годится.
— И в полиции я не служу, работаю с службе психологической помощи и поддержки.
— Хорошо! Проваливай! — он вытолкнул заложницу за дверь квартиры и быстро запер ее на ключ.
— Раздевайся! Приказал он мне угрожая пистолетом.
Стоя прямо передним, медленно, эротично снимаю маечку. Его взгляд непроизвольно задерживается на моей шикарной высокой груди закованной красивым розовым бюстгальтером.
Спустила лямки с плеч. Резко повернув к себе спиной, он с силой сжал мои твердые груди.
Где же пистолет? Мелькнул мысль. Застрелю мерзавца! Хорошо чтобы он был у него за спиной.
А «Мерзавец» то тем временем мял мои груди, сжимая до боли твердеющие сосочки, и мне становилось все приятнее принимать эти ласки. Когда же он целовал мою шелковистую нежную кожу шеи шепча « Черт возьми! Как же ты хороша! То во мне закрепились сомнения в том, стоит ли вообще «грохнуть» этого пылкого юношу.
Юноша тем временем все настойчивее и настойчивее ласкал мои груди, смаковал мочку уха. Развернув лицом к себе страстно поцеловал в губы.
Боже! Сколько страсти, сколько животного страха, сколько нежности, безысходности, сколько чувств ощутила я в том поцелуе красивого юноши!
Целовал и ласкал так как будто это был его последний прощальный
