Мы дошли до метро и приехали ко мне в Сокольники. Было шесть часов, я мельком увидела время, когда Хозяин доставал мой бывший телефон. Мы зашли в парк и достаточно далеко углубились в него. Сердце опять выпрыгивало через грудную клетку. Мы немного отошли от просеки, всего метров на 10. Хозяин приказал мне полностью раздеться. Руки не слушались, но я постаралась как можно быстрее снять все вещи, кроме ошейника, конечно. Сергей меня подгонял. Когда я обнажилась, он забрал вещи и убрал в свой рюкзак вместе с моей сумкой. Достал телефон и сделал несколько фото. Потом сказал «Жди здесь.» и ушел по направлению ко входу в парк.
Было ещё светло, но тут среди деревьев царил приятный полумрак. Жди здесь... Как будто я могу куда-то уйти. Сергея не было очень долго. Я нервничала, боялась, что он не вернется. Иногда по просеке проходили люди и мне приходилось прятаться за деревьями и кустами. Не думаю, что меня заметили. Я уже устала стоять и присела на ветки и землю, когда Хозяин вернулся и протянул мне пакет. Внутри была длинная футболка неизвестной фирмы и всё. Я вопросительно на него посмотрела.
— Ну же! Ты всё правильно поняла. Это единственная твоя одежда тут. Твои старые вещи я отдал бездомной у магазина, забрал только паспорт. Одевай и пойдём.
В моей сумке была косметичка, ежедневник, любимая расчёска, но я не имела права перечить. Я одела футболку и пошла за ним, босая, в ошейнике. Футболка была на сантиметр-два ниже попы, так что вид был тот ещё. Я была на пределе возбуждения на всём пути до квартиры. Когда мы зашли, на часах было полдевятого, значит я простояла в парке абсолютно голая примерно час.
В квартире он напомнил мне, что я не могу иметь никаких вещей, потому что сама являюсь вещью. В качестве примера он приказал мне выкинуть в мусоропровод все мягкие игрушки, мои кружки, которые мне привозили из разных стран друзья и все бельё заодно, так как носить его мне всё равно запрещено. Когда я вернулась, он уже расположился на кровати с моим (теперь его) ноутбуком. Увидев меня, приказал приготовить поесть. Я побежала на кухню, но уже перед тем, как открыть холодильник вспомнила, что он пуст. Последние пару недель я ленилась и заказывала еду по телефону. За это Хозяин наказал меня: «Поздравляю, ты заработала наказание, тупая овца. Беги в аптеку и покупай самую большую клизму и бегом сюда. 10 минут.» Я опять оказалась на улице в этой футболке и ошейнике. В аптеке на меня укоризненно посмотрела продавщица бабулька, но ничего не сказала. Когда я прибежала (успела!), он приказал раздеться полностью. В этот раз я не медлила. Он провел пальцами по моим половым губам и показал их мне. Как будто я сама не знала насколько я мокрая, почему он ещё не трахнул меня? Он вытер пальцы об мой рот, написал моей помадой у меня на лбу «я тупая шлюха» и сфотографировал меня в полный рост на телефон, потом лицо с грудью, лицо крупным планом, а потом... потом были клизмы. Странные ощущения, когда в тебя льётся тёплая вода. Он не сказал мне сколько вливал, думаю не меньше двух литров в первый раз, дальше немного больше. Во время первых двух Он продолжал меня фотографировать, в том числе на унитазе. Это было очень унизительно. После второго захода Хозяин сделал перерыв на пять минут и разрешил умыться. Через пять минут Он заказал пиццу и сделал мне третью клизму, но на этот раз не разрешил идти в туалет, а приказал стоять и ждать его не пролив воду. Это было не так то просто. Спустя пару минут он вернулся с тюбиком смазки и небольшим анальным плагом. — Смажь его и вставь себе в жопу. Кстати, особо не привыкай к нему, мы будем их часто менять, увеличивая в размерах. — он ухмыльнулся. Пыхтя я вставила плаг себе в анус, не без боли. Я не была анальной девственницей, но подобные опыты были у меня достаточно давно, курсе на первом института в общаге с тогдашним парнем.
Мы стали ждать доставку. Я сидела на полу, иногда вскакивая делать
