Ночь. На улице никого нет, лишь яркие огни фонарей проскальзывают через щель в неплотно закрытых шторах, наполняя при этом комнату золотым сиянием.
— Бах, — резкий звук заполняет комнату, и в неё врывается неприятный мокро-холодный порыв осеннего ветра.
От всей этой кутерьмы Максим резко просыпается и вскакивает с кровати. «Блин, опять забыл закрыть форточку!» — сердится он на себя. Макс только недавно приехал сюда, снял квартиру и ещё не успел привыкнуть к новым погодным условиям. Он лёг опять один в пустую холодную кровать, но уснуть у него никак не получалось. Как обычно бывало в такие моменты, парень взял в руки синий конверт, вытащил из него листок и начал с довольной улыбкой рассматривать его и читать.
— А я неплох, ой как неплох! — шептал вслух Максим. — 371 фамилия в списке за последние два года.
Больше половины людей из списка Макс уже не помнил. Его взгляд остановился на фамилии ближе к концу списка. «Ммм, Кузнецова Анна! Да, неплохой был секс», — блаженно закрывая глаза и теребя свой член, начал вспоминать Макс. Сразу же перед его глазами возникла юная обнажённая фигура с небольшой грудью, совсем плоским животиком, упругими выпирающими ягодицами и немного накачанными ногами. Он вспомнил, как приятно ему было владеть ее, жаркое дыхание и уходящий блеск в карих глазах девчонки. «Странно, вот уже четыре месяца прошло с того момента, а я всё не могу забыть ее, причём ничего особенного в нее не было», — подумал Макс. Прошло ещё пять минут, и он не заметил, как его забрал в свои объятия Морфей...
Макс лежал в своей кровати, и опять холодный воздух заполнил всю комнату. «Чёртова форточка, опять открылась!» — мысленно произнёс он, одновременно вспомнив о том, что на другом конце двуспальной кровати должен валяться плед. Он потянулся за ним, но рука ощутила, что рядом с ним кто-то лежит. Максим приоткрыл глаза и нехотя повернул голову.
— Ты?! Что ты тут делаешь, Ання? Как ты тут окозалась? — с недоумением вскрикнул он.
— Я пришла, чтобы немного побыть с тобой, ведь ты недавно обо мне вспоминал. Не беспокойся, я всего лишь сон, — прошептала Ання, мило улыбаясь.
— Ну, если ты всего лишь сон, исчезни! — грубо буркнул Макс, толкая при этом ее в грудь.
— Я и так уже исчезла и обещаю, что не побеспокою тебя больше, только позволь мне немного побыть с тобой и поцеловать тебя, — жалобно попросила Ання, глядя при этом в глаза Максу.
— Хорошо, но при одном условии: после этого ты исчезнешь — раз и навсегда.
— Честное слово, всё будет по-твоему.
Анна несмело прикоснулась губами к щеке Максима, вдыхая при этом запах его волос, которые пахли фиалкой. Кончиками пальцев она медленно провела по груди Максима, и тот сразу же покрылся мурашками. Он чувствовал, как волны тепла исходят из ее рук, как изменяется его внутренний мир, из него исчезает жестокость, и он наполняется лёгкостью и счастьем. Максу было приятно ласкать бёдра и спину Анни, и вот он уже нежно и страстно целует своё видение. Их губы слились в едином долгом поцелуе. Макс аккуратно ставит ее на колени, покрывая поцелуями то румяную попку, то гибкую шею, она при каждом поцелуе вздрагивает.
— Не бойся, на этот раз всё будет по-другому, я не причиню тебе боли. Расслабься, — шепчет Макс.
Он по сантиметру входит в нее, при этом через каждые две секунды останавливается, чтобы его партнёрши не было больно. Медленно полностью войдя в нее, он так же медленно и выходит. Анна поскуливает и уже сама просит Макса двигаться в нее побыстрее. Через минуту ситуация уже напоминает дикие скачки. Оба рычат и комкают под собой простыню. Через минуту Макс, прокусив губу до крови, при этом тяжело, обрывисто дыша, изливается в нее, а тот, кончив одновременно с нее, заливает спермой подушку. Оба без сил падают на кровать, при этом Макс обнимает и прижимает к себе Анню. Вдруг что-то горячее падает ему на руку.
— Ання, ты плачешь? Я сегодня
