обхватить поплотнее. Вскоре Олег начал направлять её, ускоряя темп, а под конец больше двигался сам. Он чувствовал, что Марине трудно дышать, но она справилась, не начала вырываться.
Отдышавшись и дав отдышаться ей, спросил:
— Ну что, хочешь смыть пасту?
— Пасту?
— А ты думала, чем я тебя вымазал? Просто зубная паста. Так как, пойдешь в душ?
— Да, пожалуйста, — это было первое, с чем она искренне согласилась за сегодня.
— Ладно. Повернись, и наклонись. Да не пугайся, я пробку вытащу. А то, пока она там, я точно готов поиметь тебя в попу. Но если будешь себя хорошо вести, отложим это на потом.
Марине почти без труда удалось заставить себя вновь встать в унизительную позу. Вытащив пробку и услышав вздох облегчения, Олег развязал ей руки.
— Помни, ещё одна глупость, и я точно выдеру тебя так, что неделю сидеть не сможешь.
— Я не буду... господин, — она разминала затекшие руки. К маске не прикасалась.
Олег заставил её опустить руки, и идти точно по его командам. И так же она нащупала ванну.
— Вставай в ванне на четвереньки. Задом к крану.
Он поливал её из душа, рукой смывая пот, гладил живот, грудь, снова ласкал соски, проник пальцами между половых губ, смывая пасту. Марина только сопела. Олег повесил душ на крюк на стене, освободив руки, одной гладил её худощавое тело, другой понемногу двигался внутри, иногда выскальзывая, чтобы слегка понажимать на клитор. Марина выгнула спину, подставляясь под его руку.
Внезапно Олег убрал руки, выключил душ.
— Ладно. В последние пять минут ты меня не сердила, просто рекорд, так что можешь пока быть свободна. Потом продолжим.
— Свободна? — она потянулась к маске, но как-то неуверенно.
— Если хочешь. Ну? — он подождал, пока она сядет. Не нравится стоять на четвереньках.
— Или ты чего-то другого хочешь?
Он прекрасно видел, как напряжена её грудь, как мокро у неё между ног. После всей вынесенной боли, всего напряжения, ей нужна разрядка, удовольствие. Достаточно ли она смирилась со своим положением, чтобы попросить?
— Я хочу заняться сексом, — едва слышно и неразборчиво сказала Марина.
— Не слышу.
— Я хочу вас. Пожалуйста.
— Иди сюда.
Он подал ей руку, помогая выбраться из ванны. Столько усилий, обидно закончить все в травмпункте. Повел в спальню, чувствуя, как крепко её пальцы держат его руку. Там снял маску.
Марина прищурилась, привыкая к свету, уставилась в его лицо, заново знакомясь с тем, кто заставил её признать себя слабой и побежденной. Олег улыбнулся: колдовские глаза ловили каждое его движение.
— Это ничего не изменит. Ты все равно останешься нижней, будешь слушаться, и я буду наказывать тебя, если мне что-то не понравится.
— Хорошо... господин.
Нет, с этими паузами надо что-то делать. Характер у неё остался прежней, и страшно подумать, как она построит всех остальных — тем ниже, чем ниже он поставит её. Но это потом. Сейчас он наклонился, целуя её в губы, в шею, и она вцепилась пальцами в пуговицы его рубашки, оторвав парочку.
