По-своему Светлана любила мужа. Они были странной парой — эффектная блондинка модельной внешности и скромный, немного стеснительный юноша. Да Димочка был этнографом по профессии и ботаником по жизни, но относился к жене с вниманием и любовью, что ее в начале отношений и подкупило. Во всяком случае, он не попытался затащить Свету в постель в первую неделю знакомства. И во вторую тоже. Пришлось ей брать все в свои руки. Секс оказался нежным и томным, и она, тогда совсем молодая девчонка, поняла: это то, что мне нужно. Увы, года чрез три здоровый женский организм стал нуждаться не в чувственном ласковом половом акте, а в хорошей трепке, в общем, чтобы попросту отодрали как следует. Пару раз они с мужем разговаривали на эту тему, Света даже делала намеки, что если он не трахнет ее в грубой форме, то она может испробовать это и на стороне. Почему-то после таких разговоров муж накидывался на Светлану... По крайней мере с ее точки зрения это так и выглядело. И несколько дней она пребывала в восторге, еще бы — пару раз удавалось и минет сделать, а однажды муж взял ее раком. Но затем все возвращалось на круги своя, муж продолжал быть нежным, минет становился непристойным и запретным, а поза раком — недостойной такой девушки...
Очередная командировка мужа подвернулась как нельзя кстати. Света решила, что где-где, а уж под палящим африканским солнцем в мужчине должна проснуться африканская страсть. Плюс к этому девушка рассчитывала загореть до черноты.
И вот уже неделю семейная пара находилась в какой-то африканской дыре. Конечно Светлана немного подкоптилась, но жаркое солнце было таким палящим, что она проводила в купальнике в маленьком дворике максимум по часу в день. В остальное время в душе царила скука и уныние, ведь расчеты на необыкновенный секс не оправдались — Димочка либо пропадал в ближайшем селении, либо мог говорить только о дурацких куклах, встречающихся исключительно в этой местности. На взгляд жены, эти куклы были убожескими. Плетеные из какого-то растения, они представляли собой плетеную шишку сантиметров 10 высотой и 4 шириной, с длинной пышной юбкой из оставшихся несплетеными волокон. Но Димка чуть не дрочил на них, зачастую забывая о потребностях жены, и эти куклы валялись всюду.
Ко всему прочему, однажды Светлана чуть не описалась — совсем невдалеке случилась перестрелка, и возвратившийся муж поведал о том, что это балуют местные партизаны — «Красные львы».
В тот день, когда все случилось, Димочка пришел домой чуть пораньше, притащив еще пару ненавистных кукол. И конечно по обыкновению не обратил никакого внимания на жену. А она так старалась! Накрасилась, сделала модную прическу, надела тонкую розовую кофточку в обтяжку, под тонкой тканью которой отчетливо просматривались соски, не говоря уже о том, что от неудовлетворенного желания они изрядно набухли и заманчиво выпирали. Вкупе с короткой, разлетающейся при каждом движении юбочкой это должно было хоть как-то заинтересовать мужа. Но... Куклы были ему милее...
Света еще злилась, когда во дворе стукнула калитка. Муж выглянул и побледнел, сказав:
— Дорогая, я сейчас все улажу, — и выскочил наружу.
Прислушиваясь, девушка уловила обрывки разговора на достаточно чистом английском, которым местные аборигены не владели...
— ... деревня под контролем...
— ... дошли слухи, что здесь...
— ... мы всего лишь...
— ... русские? Предатели красного движения!..
Потом раздался звук пощечины и грохот падения тела.
Светлана опрометью бросилась из дома... И застыла как вкопанная на пороге. Муж лежал в пыли двора, из его рассеченной губы шла кровь, а над ним возвышались три здоровенных негра, так не похожих на местных задохликов-аборигенов: в камуфляжной форме, увешанные какими-то военизированными предметами, каждый с небрежно повешенным на плечо АК-47, они белозубо щерились, глядя на попытки Димки подняться из
