В тот момент, когда Костя практически доехал до дома, зазвонил его мобильник. Увидев номер звонившего (им был Павел Беленко), Константин напрягся, ожидая услышать что-нибудь неприятное. Однако Павел сказал то, что Астафьев меньше всего ожидал услышать.
— Марина Скворцова попала в больницу, — сообщил Беленко.
Костя резко нажал на тормоза.
— Что случилось?
— Её сбила машина.
— Когда?
— Утром.
— Тогда почему я узнаю об этом только сейчас?! — повысил голос Константин.
— Потому что я боялся, что услышав про аварию, ты сделаешь какую-нибудь глупость.
Костя понял, что Павел прав. Если бы он узнал что случилось с Мариной, то сразу бы сорвался с рабочего места, никому ничего не объяснив.
— Где она? — уточнил Астафьев.
Как только Павел назвал номер больницы, Костя развернул машину, и выехал на встречку. Игнорируя светофоры и гаишников, Астафьев за считанные минуты доехал до больницы. Захлопнув дверцу, и не заперев машину, Костя кинулся к зданию, но в вестибюле больницы ему преградил дорогу охранник.
— Куда прёшь? Часы посещения давно закончились!
— Отвали, гоблин! — резко ответил Константин, и попытался оттолкнуть охранника.
Мужчина нахмурился.
— Чё вылупился, козлина? Уйди с дороги! — рявкнул на него Константин.
— За козлину ответишь, урод!
Назревающая драка была прервана появлением Павла. После непродолжительной беседы он убедил охранника пропустить Константина. Пока Беленко вёл его к палате Марины, Костя стал засыпать его вопросами о состоянии своей подруги.
— По словам доктора, девушке повезло, что она вообще осталась жива. У неё зафиксированы множественные переломы, в том числе перелом позвоночника, — сообщил Беленко.
Костя замер.
— Насколько всё серьёзно?
— Очень серьёзно. Если девушка выживет, есть вероятность, что она больше не сможет ходить.
— И это по-твоему повезло?!
— Я лишь пересказываю слова доктора.
Константин помотал головой, отказываясь верить в услышанное.
— Если верить показаниям очевидцев, девушка попыталась перебежать дорогу в неположенном месте. Водитель машины, которая её сбила, не успел нажать на тормоз, — сказал Беленко.
— Где это случилось?
— Не так далеко от твоего дома. Возле рынка. Свидетели так же рассказали, что за ней гнались двое полицейских.
— Кто именно?
— Пока не знаю.
И хотя Павел на знал имён преследователей Марины, он сразу же догадался чьи интересы они представляли. Опасаясь, что девушку попытаются убить прямо в больнице, Беленко приставил к палате охрану в виде двух крепких оперов. Для этого Павлу пришлось пойти на служебный подлог.
— Мне пришлось от имени девушки написать заявление о том, что её похитили и отдали в бордель, — признался Беленко.
— Зачем? — не понял Константин.
— Чтобы перевести её из категории жертва ДТП в категорию важная свидетельница. Это был единственный способ организовать для неё круглосуточную охрану.
— А как же отставной генерал? Разве он обо всём не узнает?
— Нефёдов и так уже всё знает. Мои коллеги с рынка уже обо всём ему доложили. Возможно даже не только ему, но и твоему начальству. Так или иначе, я взял бордель в разработку на свой страх и риск.
Сделав глубокий вдох, Константин открыл дверь, вошёл в палату, и увидел следующее: обвешанная трубками со всех сторон, Марина лежала на койке и спала. Голова девушки было щедро обмотана бинтами, отчего стало понятно, что во время аварии пострадал не только позвоночник. Видеть Марину в таком виде было невыносимо. Костя сжал правую руку в кулак, и изо всех сил ударил им об стену. Боли не было — была лишь жалость по отношению к девушке, и жгучая ненависть по отношению к тем, по чье вине она оказалась в больнице. Костя не столько винил водителя, не справившегося с управлением, сколько хозяев борделя и их прихвостней.
«Я тоже виноват. Не надо было мне делать второй ключ!" — стал укорять
