вернулась, скинула их — и выбежала босиком под дождь.Охранник удивленно покосился на нее, — а она бежала по пустому Невскому, по противоположной его стороне, чтобы не встретить Диму, — бежала к метро, брызгаясь слезами и дождем.Босоножки ее так и стояли у стены. Она надела их, вбежала в метро, спустилась вниз, села в поезд — и задрожала от душного тепла, разлитого в вагоне. Редкие пассажиры удивленно косились на плачущую девушку в мятой, мокрой одежде и нелепых оглоблях, — но никто не заговаривал с ней...... Войдя в дом, она добежала до кровати, сгребла с нее срач (прямо на пол, без сортировки), упала — и сразу провалилась в сон, полный резких, пронзительных видений.Ливень, ошибка модельщиков, публичное оголение, перевоплощение, бал, Хозя, поцелуи, секс и оргазм под дождем, полночь, разлука и побег — все смешалось в кучу впечатлений, искрившую в ней, как реле под ливнем, и Катька металась во сне, ныла, смеялась и плакала, зарываясь под подушку...***Утро началось с дурдома. Семейство Облжанских, напичканное впечатлениями, сплетнями и шампанским, вернулось домой в шестом часу — и застало там мокрую Катьку, спящую посреди разгрома.Пока Катька, растолканная, обруганная и поставленная на место, разгребала горы барахла, семейство Облжанских выпускало пар за утренним чаем: — ... Я фигею просто! Это не бал, это я прям не знаю что!.. — ... Этот Челкин нашел какую-то там себе Адель, а она от него взяла и сбежала. Ебанутая какая-то! Ну не хочешь быть королевой — так дай же ж другим, бля!.. — ... А ты слышала, что этот Вьюнцов, или как его там, ну, который по цветочкам, — так он типа в суд подает на бал! Типа его дочку туда не пустили, оставили под дождем, а в ее платье за пять штук баксов какую-то свою всунули, и вместо нее... Не, ну бред полный, капец просто! Я в шоке... — ... И потом начали по спискам шарашить, что ж это за такая Адель. Так оказалась, блин, что ни одной Адели из девочек ваще не было, прикинь! Или она лапши навешала, или ваще мистика, прикинь?.. — ... И щас ее ищут. Ходют по всем бальным девочкам и ищут. И к нам придут. Она Челкину какую-то хреновину оставила, так он по ней хочет типа ее найти... — ... Я ваще в шоке! Пипец полный, я извиняюсь, конечно...В 9.01, когда семейство уже похрапывало среди гор барахла, кое-как перелопаченного Катькой, Дусю разбудила мобилка. Это были курьеры, выполнявшие заказ оргкомитета. Сорок минут спустя они позвонили в дверь.Прошло еще пятнадцать минут, в течение которых слышались приглушенные вопли, шорохи и ругань — и, наконец, дверь спальни открылась, и оттуда выползли сонные, кое-как одетые и накрашенные Санька с Марькой. — Здравствуйте, — поздоровался с ними один из курьеров, и тут же сообщил им: — В этой бездонной лазури, в сумраке близкой весны плакали зимние бури, реяли... — и вопросительно уставился на них. — Чего? — уставились они на него. — Ну? Кто реял? — допытывался он у них. — Где реял? — спросили у него. — ... Так, ладно, вопрос закрыт. Перейдем ко второму пункту. Вам это ничего не говорит? — курьер показал им оборванную бумагу. Это была половинка маленькой книги, разодранной пополам, размокшей и высушенной. На разрыве расплылась черная строка: «... ли ранние сны».В глазах у сестер отразилось такое недоумение, что курьер кивнул, спрятал останки книги в портфель и сказал: — Все ясно. Извините за беспокойство. Всего наилучш... эээ, а это что? Чье это?На прихожей лежал обрывок размокшей книги, такой же, как и предыдущий. — Это ваше? Девочки?.. — Нннет, не зна... то есть, кажется, да... — Санька и Марька, переглянувшись, кинулись к прихожей, сбивая друг друга с ног. — Точно! Это мое! — крикнула Санька. — Нет, мое! Ты офигела, да? — А ты? Рот закрой, блин!.. — ... Девочки! Вы не видели тут такую мятую, рваную книжку? Не выкинули случайно? — из
