Эм, если ты не постараешься я еще раз ударю тебя, — прошипел кто-то сверху.
Но она только завертела головой, пытаясь отползти как можно дальше от этого человека. Но мужчина ударил ее по другой щеке, хотя и не так сильно как в прошлый раз.
Эмили заплакала и попыталась спрятать лицо руками, начав понимать, что находится в чьей-то квартире и лежит обнаженная на кровати.
— А теперь вторая попытка, Эм, открывай рот, — повелительно продолжил Джон, и Эмили поняла, что все это не сон.
Девушка послушно открыла ротик, чтобы почувствовать грязный и здоровый член своего парня, который настойчиво пытался продвинуться глубже.
— Да, детка, вот видишь, все не так трудно, — простонал он, пытаясь нарастить темп, не обращая внимания на давящуюся девушку.
Но Эмили не разделяла его взглядов. Захлебываясь слезами она что есть мочи впилась зубами в пенис Джона, желая сделать ему как можно больнее, отомстив за подобное унижение.
Джон завопил не своим голосом и рванул назад, хватаясь руками за больное место:
— Дрянь! Мерзкая дрянь!
А Эмили, не теряя времени, ухватилась за настольную лампу и кинулась на Джона, разбив свое оружие об его голову, пока мужчина не успел опомниться от боли.
Громила пошатнулся и потерял равновесие, хотя не отрубился полностью, но это дало Эмили время, чтобы выбежать в коридор и кинутся на улицу, забрав по пути свое растерзанное пальто, которое нашла на полу перед входной дверью.
Она не знала преследовал ли ее Джон, потому что бежала, не оглядываясь, по пустой улице, боясь встречи с новым насильником. Напуганной девушке казалось, что они готовы выпрыгнуть на нее из-за каждого угла, чтобы закончить дело Джона. Но, наконец, она без проблем добежала до многоэтажного дома, хотя этого было не достаточно: Эмили избавилась от страха только тогда, когда закрыла за собой входную дверь в квартиру. Но, затем, привалилась спиной к двери и начала рыдать. Она рыдала не только от боли побоев, но и от понимания, открывшегося перед ней: Джон, ее любимый парень, оказался простым насильником, ожидавшим, пока сможет войти в ее доверие и овладеть ей.
У Эмили еще не было парня, хотя на училась уже на втором курсе. Девушка была слишком застенчивой и чувствительной, чтобы встречаться с кем попало. Она верила, что сможет дождаться своего единственного. Таким она видела Джона, до сегодняшнего дня.
— Мам, я дома! — крикнула девушка, пробегая прямо в пальто мимо кухни, где мать готовила ужин.
И заперлась в своей комнате, чтобы предаться горьким рыданиям...
После этих событий Эмили несколько дней боялась выйти из дома. На все уговоры матери отвечала угрюмым мычанием из-за закрытой двери. Стеснительной девушке было слишком больно делиться с кем-то такими вещами, что произошли с ней недавним вечером, особенно с собственной матерью. Поэтому, она просто бездумно рылась в интернете, пока размышляла, как будет сдавать долги в институте.
Новости на поисковых системах были неутешительными: все только и писали о случаях насилия и издевательств в городе Эмили, что вызывало у девушки во рту неприятный привкус воспоминаний.
Зато Джон больше ее не беспокоил. Не приходил. не писал. А позвонить он не мог: Эмили выключила телефон. Иногда девушка даже начинала бояться, что убила его, но потом одергивала себя, вспоминая как ее насильник шевелился во время ее побега. «Он просто испугался, что я пойду в полицию и отстал» — успокаивала себя девушка.
— Я приготовила завтрак! — донесся из-за двери взволнованный голос матери. — Я ухожу на работу, так что можешь поесть в покое, Эм!
Эмили зажала уши. Эм... Так всегда звала ее мама... и Он...
Девушка встала из-за стола и направилась на кухню, после того, как услышала звук поворачивающегося ключа в замочной скважине. Сытно поев, девушка взяла теплые вещи из шкафа, газовый балончик из тумбочки, собрала в рюкзак все самое необходимое и решительно
