мужиков, было видно, что они были расслабленны, а происходящее им очень нравится. Когда высокая, стройная Лена кружилась, все четверо начинали улыбаться, отчетливо видя, что никакого нижнего белья на ней нет. Лена же откровенно наслаждалась взглядами — она сверкала глазами, иногда зажмуриваясь, а иногда просто так вертела своей точёной фигуркой до тех пор, пока подол окончательно не упадёт.В паузах Елена, словно шлюха, услужливо улыбалась. Поощряя женщину, лицо Николая то и дело утыкалось в её высокую грудь. Не поддерживаемые лифчиком груди, при движении слегка подпрыгивали и качались из стороны в сторону.Остальные стояли у стен и весело смотрели на танцующих. Николай то и дело открыто залезал женщине по юбку, бесстыдно лапая её подрагивающую от танца попу. При этом он явно старался, чтобы это было тогда, когда она поворачивалась спиной к остальным — им должно быть хорошо видно, что происходит. Елена даже не пыталась пресечь наглое ощупывание. Она покорно сносила любое прикосновение к своим интимным местам. Похоже, ей это даже нравилось — и то, что он делал, и то, что это происходило публично. Её соски призывно торчали сквозь тонкую блузку, словно пронизывая ткань, и Коля то и дело сжимал их пальцами. Ему вообще очень нравились женские соски, а у Лены, он считал, были красивые сосцы и красивые сиськи — так он как-то признался товарищам в курилке на работе.После очередного стискивания женщина безвольно склонила голову на плечо Коли, а тот ощерился.Растолкав всех и по-дружески оттолкнув Николая, вышел Игорь. Продолжала играть музыка, какая-то современная разухабистая попса. Елена остановилась и, зардевшись, облокотилась сзади на стол. Поправила волосы, инстинктивно провела по блузке, откуда выпирала грудь. — Ну, чё? Неплохо потанцевали — а мужики? — подводя итог танца и откровенно готовясь к чему-то большему, спросил Игорь. Его руки жадно пробежали по Елене.Остальные одобрительно хмыкнули.Володя, выйдя из небытия и раскачиваясь от бессилия что-то предпринять, держал перед лицом легкомысленные трусики жены и вдыхал исходивший от них нежный мускусный запах, такой знакомый, такой родной. Он почему-то захватил их с соседней кровати, куда они были брошены, и осторожно мял и взвешивал их на подушечках пальцев, ощущая нежность материи и необыкновенную легкость.Женщину подтолкнули к двери в комнату, где обычно спали Сергей с Наташей. Идя рядом с Еленой, Игорь демонстративно, уже не вынимая, держал руку под юбкой, развязно трогая каждую дольку обнажённых, перекатывающихся от ходьбы ягодиц, не прикрытых трусами. — Я думаю, тебе предстоит сейчас доказать, как ты к нам ко всем хорошо относишься... Со мной ты должна скакать, как на лошади, и кричать так, как будто тебе целку рвут... Ясно?Зардевшаяся Лена кивнула.Владимир, не мигая, отрешённо смотрел прямо перед собой. Волны любви к женщине и отчаяния захлёстывали его. Он уткнулся лицом и лбом в твердые деревянные перила. Закрыл глаза. Какая же сухость во рту! Ещё недавно в голове роилась тысяча мыслей, а сейчас он просто отупело смотрит вниз.Они вошли в свободную комнату, дверь закрылась на ключ. То, что там произойдёт, неминуемо и неотвратимо. Неужели это случится прямо сейчас, прямо в этот момент, когда он сидит здесь между первым и вторым этажом, опять поднеся тонкую материю к носу. Теперь он еще почувствовал запах её духов. Как прекрасно, даже на трусиках был этот чудный аромат... — Теперь кто? — из комнаты, поправляя ширинку, вышел довольный и запыхавшийся Игорь.У Владимира спёрло дыхание. — Я сейчас... — голос разгоряченного выпитым Виктора, и тут же быстрые шаги, ведущие в спальню. — Стой, — поймал его за рукав Игорь. — В жопу еби. Она, как я и велел, смазала. Со всей дури. Понял? — Будь спок, — Виктор закрыл за собой дверь, на ходу стаскивая штаны.Постепенно очередь жаждущих
