— Соскочит ваш придурок с темы — сказал Лисовский, сидя на параллельных брусьях дворовой спортивной площадки, — Не позвонит, зассыт просто. То, что вы мне рассказали — это в голове не укладывается.
Башкир и Азот тянули на скамейке пиво из жестяных банок.
— Нет, не соскочит — ответил Башкир, здоровенный парень под метр девяносто ростом. — Он, конечно ссыт, тут ты прав... фонтаном до небес. Но ну него вариантов особо нет. Я тебе гарантирую. Понимает, сучонок, на что подписался. Главное, чтобы ты не соскочил.
Лисовский фыркнул морозным паром. — Я уже два часа жду на морозе, не соскакиваю, сколько еще надо ждать? Слушайте, наберите его...
— Не надо пока никуда звонить. Терпение есть благодетель. — Башкир сделал длинный глоток из банки. — Как учил какой-то сраный китаец. Азот, твоя химия быстро действует?
— Ну, смотря с чем сравнивать. Нюхать, конечно, быстрее. Минут пять, может... как от водки. Принцип один.
— Откуда мне знать, я водку вообще не пью, у меня тренировки. Пиво еще туда-сюда... То есть, до весны ждать не надо?
— Если выпьет — нет.
— Чего мы тогда ждем, бля? — вопросил со своего насеста Лисовский. — Я замерз уже.
— Ну, она же не кошка, миску перед ней не поставишь, мордой не макнешь. Надо, чтобы сама. Вот и ждем.
Лисовский спрыгнул с брусьев, подошел к приятелям и сел рядом, сдвинув в сторону рюкзак Азота.
— Как вы можете пиво пить в такой холод? — Лисовский поежился. — Февраль, бля. Ладно еще утром солнышком прогрело, сейчас уже опять колотит.
— Одеваться теплее надо. — буркнул Башкир. — Ходишь, как маленький, в синтопоновой курточке с покемонами.
— Как вы его вообще зацепили так хитро?
— Осторожней с сумкой, Лис, там стекло тонкое... Ну, а как жадных уродов цепляют? За жадность. Ему мамаша финансирование урезала, когда его из универа выгнали, работать он нихуя не умеет, и не собирается, а жить привык хорошо.
— Так пусть себе живет. Ты же говорил там нет финансовых проблем. Кормят, по крайней мере.
— Финансовых проблем нет. На квартиру посмотришь — сам все поймешь. Там проблемы с головой. А этот Кирюша решил, что мама шутит, и одолжил денег у нас с Башкиром. Типа, мамка разжалобится и снова возьмет на довольствие. Так вот она ничего не дала, пошла на принцип. А возвращать пора.
— Много одолжил?
— Хуйню. Но тут вопрос принципиальный, какая разница сколько? — Азот допил из своей банки и запустил ее в мусорное ведро. Промахнулся, банка откатилась в снег.
— Бля, Азот, ну вот нахуя, — укоризненно прогудел Башкир — Спортивная же площадка. Малые тут ходят, тренируются...
— Ох, Башкир... светлая ты душа. — Азот поднялся, подошел к урне, поднял банку и аккуратно опустил ее в сетчатое ведро на ножках. — Так нормально, братиш?
— То есть его мамаша сама себя подставила под это дело, — поразмыслил Лисовский — Ну, если по итогам смотреть. Если бы не пожадничала, то ничего бы и не было, да?
— Мамаша себя подставила тогда, когда этого выродка родила и воспитала. Дальнейшее было предсказуемо, Лис. Представь себе, он предлагал собственную квартиру обнести, чтобы долг закрыть. Предупредит нас, когда никого не будет, ключи оставит. Долг, значит, закрывается у него, а криминал открывается у нас.
— Вот сучонок! — восхитился Лис — Нет, мамаша его все-таки заслужила забой под хвост. А чего он сам квартиру не обнес? Вынес бы какой-то хлам, загнал, с вами бы рассчитался...
— Он мамы боится, — флегматично уронил Башкир, — Выпиздит его из хаты — куда он пойдет? Он всего боится. Но всего хочет.
— Понятно. Так, а я вам зачем? То есть, в общих чертах я понял — но ты уточни, все-таки по деталям мероприятия.
— Слушай и конспектируй, Лис. Мамаша его работает в одной финансовой структуре. В какой — я скажу на месте, если все сложится. Если звонок будет. Поебывает ее там один из учредителей. Звать его... ну, скажем, Сергей Николаевич. Потому она и пробежала путь от консультантши до
