девочку за бёдра, подтягивал к себе и усаживал на давно торчащий член. Я сижу. Алёнка сидит на мне, иногда двигаясь вверх и вниз. В моих снах она всегда подходила к оргазму, я же почему-то не достигал его.
Со своим положением приходилось мириться. Хотя мне порой казалось, что я шевелю руками и ногами, но они на самом деле не шевелятся. Мне не хотелось есть, не хотелось пить, позывы в туалет порой были, но тут же проходили. И всё же я не оставлял попыток почувствовать своё тело. И, конечно же, со временем, это принесло свои плоды. Нет, я не встал и пошёл, но зато нащупал правой ногой что-то мягкое. Что это понять не смог. Сделал ещё пару попыток. Предмет упрямо не идентифицировался. От бессилия я пнул его. Но тут же отдёрнул ногу. Мне показалось, что с другой стороны предмета меня коснулась рука. Может глюки? Ждать помощи было неоткуда. Я задумался о своём положении в новом свете и опять уснул.
Алёнкин язык пробежался по головке сверху вниз, немного поиграл на уздечке и пошёл дальше в район яичек. Я гладил её по голове, говорил какие-то глупые и нежные слова. Лёгкая щекотка на мошонке заставила меня улыбнуться, а Алёнка не долго думая, уже отправила член себе в рот. До самого горла она принять не могла, с трудом половину то засунула, но зато какие восьмёрки она рисовала в это время языком...
Всё тот же ритмичный стук опять был со мной. Он и убаюкивал и мешал, но сделать я всё равно ничего не смог. Всё чаще я шевелил ногами и руками. Они были как будто ватные и чужие, но прогресс ощущался. Порой я наталкивался на ту неведомую преграду и теперь явно ощущал, что с той стороны чья-то рука. Не каждый раз, но она появлялась. И это успокаивало. По крайней мере около меня кто-то есть. Пару раз мне снились кошмары. Будто очень яркий фонарик светит в лицо. Пытаюсь увернуться, но он постоянно преследует меня, добавляя дискомфорта. Я сказал, что мне не хотелось кушать? Это правда, однако иногда вспоминались разные вкусности и желание вновь их попробовать. Курочка жареная в духовке, ананасы, апельсины, но в основном шашлык и другие мясные штучки. Хотя, чувства голода при этом я не испытывал.
Это скорее был не сон, а воспоминание. Я наблюдал за самим собой и Алёнкой со стороны. Она тогда одела белые чулки с широкой резинкой и белый халат, длина которого чётко давала понять даже какого цвета бельё на жене. Вы спросите и какого же? Белого? Под цвет всего остального? Нет, уважаемые, белья там не оказалось. Алёнка намочила руку массажным маслом и медленно водила по окрепшему стволу моего органа, при этом шкодливо смотрела мне прямо в глаза, а свободной рукой рисовала круги на своей горошинке клитора. Это продолжалось довольно-таки долго. Движения на моём члене стали более резкими, дёрганными. Алёнка уже не смотрела в глаза, а свои прикрыла и всё быстрее ласкала себя. Я дотянулся до её бёдер и ввёл два пальца прямо в щёлку, тёплую и влажную. Алёнка задрожала укусила себя за губу, а мои пальцы что-то сжало, а потом разжало и сжало снова.
Снова этот стук. Хотя в последнее время он стал потише. (sexytales) А у меня всё чаще возникает беспокойство. Такое чувство, что меня порой толкают или даже куда-то несут. В общем непонятное движение. Я уже отвык от этого всего, сижу в своей темноте и шевелю порой руками да ногами, вроде бы даже колени уже немного слушаться начали.
Тот день начинался как и любой другой, но потом беспокойство усилилось. Очень хотелось прекратить своё нынешнее состояние, накатила какая-то безысходность. У меня, у взрослого мужика, начиналась истерика. Зачем так жить? Кто я сейчас? Овощ? Не знаю, сколько прошло времени, но понимаю, что очень много. Я только сплю и таращусь в темноту, больше от меня никакой пользы. Надоело. Резкие движения причиняли небольшую боль и тогда я решил. Будь что будет! Пусть я лучше сделаю себе больно и умру окончательно, но овощем не стану. И я стал работать руками и ногами, пытаться
