трещины, все быстрее расползающиеся во все стороны, искажая и разделяя зеркальную поверхность на сотни и тысячи частей. Еще миг и зеркало буквально взорвалось миллиардом сверкающих осколков, каждый из которых, в свою очередь, развеивался в мелкодисперсную пыль, которая оседала на каменный пол.
И хотя Джилл стояла всего в шаге от стекла, а произошло все так быстро, то она не успела отскочить, ни один из осколков даже не коснулся ее кожи.
Когда импульс дошел от мозга до конечностей и Джилл, наконец, отпрыгнула на добрых два метра, зеркала уже не существовало и даже в воздухе больше не витало осколков стекла. Теперь перед девушкой был небольшой коридорчик, оканчивающийся винтовой лестницей, которая уводила куда-то вправо и вверх. Слегка поколебавшись, Джилл вскинула руку с зажатой пластиковой лампой, освещая потайной проход и вступила внутрь.
Глубоко вздохнув, успокаивая себя, девушка наступила на первую ступеньку, когда сзади раздался холодный треск. Оглянувшись, Джилл увидела, что за спиной вновь появилось зеркало, на поверхности которого изглаживались последние трещины. Секунда — и перед ней вновь чистое изображение перепуганной девушки.
Вернувшись на несколько шагов назад, она коснулась леденящей руку гладкой поверхности. Ничего. Никаких трещин, да и отражение на этот раз самое обычное. Похоже пути назад нет. Вновь вздохнув, девушка принялась медленно подниматься по лестнице.
Новая неприятность произошла спустя пару десятков витков. Откуда-то сверху раздался странный шум. Продолжая подниматься, Джилл навострила уши вслушиваясь в звук, становившийся все сильнее, силясь понять, что же он ей напоминает, пока не замерла на месте, не решаясь идти прямо к возможной опасности.
Но к ее удивлению шум все равно усиливался. В свете лампы уже замелькали первые небольшие тени, когда Джилл вспомнила, на что похож этот звук. Хлопанье сотен маленьких крыльев.
Туча летучих мышей налетела на завизжавшую девушку. Точнее, они пролетали мимо нее, но почему-то каждая мышка считала своим долгом вцепиться в волосы, одежду девушки, перед тем как лететь дальше. Джинсы оказались более устойчивы к воздействию острых коготков, хотя и обзавелись десятком прорех, а вот майка в считанные секунды оказалась изодранной в клочки и не свалилась с плеч девушки лишь благодаря каким-то жалким трем ниточкам, да честному слову китайских портных. Впрочем, самым худшим было другое — последний десяток летучих мышей вырвал из руки спасительный источник света — пластиковая палочка скрылась за поворотом лестницы, улетая все дальше от испуганной девушки.
В ту же секунду окружающий мрак как будто приобрел плотность, сгущаясь чуть ниже по лестнице, отрезая Джилл дорогу к лампе. Приобрел плотность — и начал надвигаться на девушку. В какой-то момент Джилл даже почудилось, что она слышит чьи-то шаги.
Разбираться девушка не стала — придерживая рукой тряпочки, оставшиеся от майки, она рванулась вверх по лестнице, подальше от теней.
Как она преодолела ступеньки Джилл не заполнила. Просто в определенный момент осознала, что лестница закончилась и она очутилась в единственной, довольно просторной комнате. В огромные, до потолка, окна, из которых открывался прекрасный вид на штормовое море, то и дело проникали вспышки от молний, и в целом было достаточно светло, чтобы девушка могла оглядеться.
Впрочем, обстановка не стоила пристального внимания — несколько удобных на вид кресел, направленных в сторону окна, да журнальный столик. Видимо, эту комнату использовали для наблюдения за морем и медитаций.
Джилл бросилась к креслу, намереваясь оторвать подлокотник и использовать тот в качестве оружия, но быстро отказалась от этой идеи — слишком уж прочной была мебель. Девушка как раз нацелилась на журнальный столик, выглядевший довольно хлипко, когда за спиной отчетливо раздались шаги.
