моем сердце. И что они в нем находят?
И вот теперь, пожалуй самое время пояснить, в чем заключалось задание моего главреда. Я должна была написать статью о БДСМ. Он прислал мне целую кучу ссылок на тематические сайты, на статьи из специализированных изданий, на он-лайн магазины соответствующей атрибутики, на форумы тех, кто этим непосредственно занимается...
Скажу честно, вид разнообразнейших кляпов, масок, повязок, ошейников, поводков, наручников, напульсников, костюмов из латекса и кожи, главная цель которых не скрывать и не подчеркивать красоту тела, а ограничивать движения, меня сильно взбудоражил. Можно даже сказать, возбудил. Поэтому, когда я зашла на один из форумов, я общалась уже довольно фривольно. Посетителей было немного. И Виталий откликнулся почти сразу. У нас завязалась довольно милая и далекая от секса беседа. Я рассказала ему, кто я и что мне от него нужно, а он в свою очередь согласился встретиться...
— Гера, — он вдруг посмотрел мне в глаза внимательно и серьезно, а у меня перехватило дух от звука его вкрадчивого голоса, от его взгляда, исполненного спокойствия, уверенности, даже некой властности, которые так не вязались с его внешним видом и поведением, — скажите честно, вы ведь здесь не только по заданию редакции. Вы уже давно размышляете об этом, правда?
Я с трудом сглотнула комок и неуверенно дернула головой:
— С чего... вы взяли? — я вдруг поняла, что дышу так, словно мне не хватает воздуха.
— Ночью, когда мы общались с вами на форуме, я заметил, что вы как будто озлоблены и напряжены. Причем эта злость и напряжение возникли не вчера. Скорее всего, в детстве вас часто обижали, возможно, даже травили — из-за внешности, характера или фамилии — а родители не оказывали вам никакой поддержки. И вам приходилось быть сильной и прятать свои обиды поглубже. Вы привыкли к тому, что со всем можете справиться сами, поэтому, когда у вас возникают проблемы, вы никому о них не рассказываете. Вы не привыкли жаловаться, плакать в жилетку, но когда смотрите мелодрамы (в тайне ото всех, разумеется, потому что при посторонних вы смотрите исключительно комедии и триллеры), у вас по щекам текут слезы...
— Откуда... вы... ? — жалость, любопытство и раздражение сменились недоумением. Он так подробно рассказал мне о моих проблемах, так точно обрисовал то, что я даже сама от себя скрывала...
— Гера, — он накрыл мое запястье ладонью, — я предлагаю вам сделку — вы пройдете со мной, не станете упираться и капризничать, а я отвечу на все ваши вопросы. Но лишь после того, как закончу, лады?
Я молча кивнула.
Мы одновременно поднялись со скамейки, он положил мою руку на свой локоть и мы двинулись к выходу из парка тем же путем, каким он пришел сюда. Теперь он шел, расправив плечи, и от его стеснительности не осталось и следа.
Виталий привел меня в небольшую однокомнатную квартиру, усадил на слишком низкий и слишком мягкий диван, предложил зеленого чаю (который я, к слову, терпеть не могу, но в тот момент мне казалось, что из его рук — таких мягких и внимательных — я приняла бы даже яд), и скрылся за ширмой.
Его не было довольно долго. В комнате царил полумрак, и было немного душно. Пахло сандаловыми палочками, но запах был совсем ненавязчивым и даже приятным. Я расслабилась и почти задремала, когда на диван рядом со мной упало что-то тяжелое. Я вскочила на ноги и тряхнула головой. Виталий стоял передо мной в простых спортивных штанах и темной рубашке, расстегнутой на груди.
— Ты можешь отказаться в любой момент. Я не стану тебя удерживать. Но помни — если ты уйдешь, ты больше не сможешь вернуться, — его голос звучал так уверенно и спокойно, что у меня не возникло никаких сомнений — все, что он только что сказал, правда, полная и безапелляционная правда. — Ты меня поняла?
У меня вдруг похолодели ладони, и пересохло во рту:
— Да, — ответила я тихо.
И тут же сильная пощечина
