поэтому мы могли пообщаться. Но я почему-то не хотел говорить. Я просто смотрел ей в глаза. Её прекрасные, большие, карие глаза. Боже, какая же она милая. Мне хотелось, чтобы этот момент длился вечно:
— Я не могу на тебя насмотреться, — начал я. — Я никогда не говорил тебе таких вещей в живую, но знай — я тебя люблю. Нет, ты мне не просто нравишься. Я тебя действительно люблю. Мне не нужна ни одна другая девушка, я хочу быть только с тобой. Уже не один год я убиваюсь по тебе, и вроде только-только ты начала отвечать взаимностью, как я понял — я тебя люблю.
Сказать, что она была ошарашена — ничего не сказать. Она продолжала смотреть мне прямо в глаза, а потом сама подалась вперёд. Мы поцеловались. Я ощущал её язык, губы, незабываемые чувства нахлынули на меня. От одной мысли, что я целую ту девушку, о которой столько лет мечтал у меня поплыло всё вокруг. Я машинально что-то делал, но не понимал что. Казалось, что «бабочки» в моём животе разорвут меня на части. Я и не заметил, как поцелуй прекратился:
— Я, конечно, знала, что я тебе нравлюсь, но не знала, что так. Я думаю, что у нас всё с тобой получится, — сказала мне Ксюша.
Этих слов я ждал три года. И вот, я слышу их. Я понимаю, что моя мечта сбылась. Девушка, которую я люблю ответила мне взаимностью. Такое бывает раз в жизни. Я смотрел в её глаза, мне хотелось в них утонуть. Но мы не могли долго так стоять, пора было уже отъезжать, и нам пришлось идти в сторону автобуса. Водитель уже пришёл, я был последний, кого ждали. Чмокнув Ксюшу на прощание и ещё раз обняв семью я отправился в автобус. Сел на своё любимое место, около второй двери, поскольку спереди не было кресел и тут у меня спокойно входили коленки, и махал рукой в окно. Дима поздравил меня с «победой на личном», сказав, что действительно рад за меня:
— Ты не представляешь, как я рад! — ответил я ему.
Автобус завелся, мы начали трогаться. Толпа провожающий нас родителей стала расходиться по машинам, а Ксюша уныло побрела на остановку. Мне почему-то стало так жалко её. Хотелось выбежать из автобуса, обнять её и проводить до остановки. Но мы уже повернули и выехали на дорогу. Моему счастью не было предела. Я воткнул наушники и стал шариться в планшете. Тут-то я и вспомнил, что могу переписываться с Ксюшей, интернет ведь никто не отменял. Такой вот бурный отъезд в лагерь у меня был на этот раз. Разговаривать нам по суть сейчас было не о чем, так что после пары сообщений я отключил интернет, чтобы меньше разряжать аккумулятор, и стал смотреть на сползающие по стеклу капли дождя под музыку. Я и сам не заметил, как уснул.
— Так, бойцы, остановка 10 минут. Идите поссыте, да ноги разомните, — сквозь сон я услышал знакомый голос.
Я уныло выполз из автобуса недовольный тем, что мой сон потревожили. Пацаны занимался кто чем. Разумеется, что сначала все побежали нужду справлять, а потом всё пошло по сценарию: Паша как всегда начал нести всякий смешной бред, а пацаны начали угарать. Я же узнал это место. Мы здесь каждый год останавливаемся, когда в лагерь едем. Это триста пятьдесят километров от города, а значит, полпути уже позади. Погода не сильно отличалась от городской, но хоть дождя не было. Немного постояв, мы все полезли в автобус. На этот раз стоянка продлилась меньше обычного, и как только все залезли в автобус мы поехали снова. Сон я ещё не совсем разогнал, так что я довольно быстро уснул.
— Макс, вставай, подъезжаем уже, — Егор будил меня.
Я лениво протер глаза. Так не хотелось вставать. Мы переезжали небольшой мост, который был в 5 минутах ходьбы от лагеря. Парни уже все были наготове, всем хотелось выйти из этого душного автобуса и поскорее заселиться. Водитель довольно ловко припарковал огромную махину, и вот мы на месте. Двадцать дней на свежем воздухе и две тренировки. Да, пожалуй, тут можно было отвлечься от чего угодно. Ведь все три года, которые я страдал от неразделённой любви, только эти
