Мы находимся на приватном вечере в закрытом клубе. Зал небольшой, повсюду разлит приглушённый свет, небольшие столики окружают глубокие мягкие кожаные диваны.
За столиками сидят в основном пары и одинокие люди, но встречаются и компании из 3—4 человек. Наш столик стоит у самой сцены. Подают легкий ужин и шампанское. На тебе одето прекрасное шелковое платье изумрудного цвета с глубоким вырезом спереди, таким глубоким, что любому, бросившему взгляд на твою грудь, она видна практически полностью. Спина открыта до самого пояса, поэтому видно, что трусики ты в этот вечер оставила дома вместе с бюстгальтером. Цвет платья идеально гармонирует с огненным цветом твоих волос.
Мы разговариваем и наслаждаемся музыкой: на сцене играет саксофон и рояль, поет девушка с чувственным, глубоким голосом. После очередной песни она уходит за кулисы. Объявляют «особый танец от несравненного Анри». Откуда-то сверху, из темноты, скрытой светом прожекторов, на сцену опускается шест для стриптиза, по которому спускается и сам стриптизер, обладающий, как и полагается всем стриптизерам, красивым, атлетичным телом, словно с обложки глянцевого журнала. Из одежды на нем только плавки-стринги и облегающая рельефную грудь и спину майка.
На твоем лице появляется улыбка, а в глазах я вижу искорки интереса. По залу плывет медленная и страстная мелодия, танцор на сцене эротично двигается в такт музыке. Мы сидим всего в метре от него и я вижу, что тебя заводит такая близость. Он снимает майку и ты видишь его тело, покрытое капельками пота. Стоя вполоборота к залу, он держится за шест, а бедра двигаются так, что бугор на стрингах скользит вверх и вниз по шесту.
Я замечаю, что ты в трансе от музыки и этого танца, твои ножки непроизвольно раздвигаются, и ты начинаешь повторять те же движения бедрами, синхронно с движениями танцора. Это не ускользает от его внимания и теперь во время танца он смотрит прямо на тебя, и мне кажется, что бугор в его стрингах становится гораздо больше.
Вот он спускается к нашему столику, галантно целует твою руку и став к тебе боком показывает на небольшую застежку в виде кнопки на стрингах. Ты нажимаешь на неё, и кусочек ткани волшебным образом отлетает в сторону, являя на свет прекрасный член, уже наполовину находящийся в боевой готовности. Диван, на котором мы сидим, имеет такую высоту, что головка оказывается прямо напротив твоего порозовевшего, но оттого еще более красивого лица.
Анри берет фужер и выливает немного шампанского на член. От холода тот вздрагивает, а ты завороженно смотришь, как струйка стекает с головки прямо на пол, оставляя на стволе члена дорожку из пузырьков. Я беру тебя за руку, это прикосновение выводит тебя из транса и ты немного испуганно смотришь на меня, не зная, какой реакции ожидать.
Я улыбаюсь и кивком показываю на импровизированный фонтанчик, находящийся прямо перед твоим лицом.
— Ты знаешь, по-моему он скоро иссякнет, тебе стоит поторопиться.
Ты улыбаешься и игриво облизываешь губы, после чего высовываешь язычок и подставляешь под струйку. Таким образом ты выпиваешь все, что осталось в фужере и облизываешься еще раз.
— Мне кажется, на нем что-то осталось, а оставлять, как известно, плохая примета, — говорю я.
— Пожалуй, ты прав, к тому же вкус просто божественный!
— Так чего же ты ждешь?, — я беру свой фужер и отпиваю глоток, — поторопись, а то тебе ничего не достанется, а своим я делиться не собираюсь!
— И не надо!, — парируешь ты с улыбкой, после чего проводишь несколько раз по головке язычком. Его член снова вздрагивает и начинает подниматься.
Рукой ты нежно обхватываешь мошонку, и заключаешь головку в кольцо из теплых чувственных губ. Это ощущение теплоты так восхитительно контрастирует с ледяным шампанским, что он не может сдержать сдавленного стона и подается тебе навстречу.
Он медленно двигает бедрами, при этом
