Пятница. Вечер. Мы ужинали в уютном ресторанчике. Неожиданно зашла красивая пара и, к нашему удивлению, мы узнали Лену. Молодого человека ни Марина, ни я никогда не видели. Сначала Лена нас не заметила, но очень быстро выражение ее лица изменилось, причем не в лучшую сторону. Явно она была не рада нашему присутствию. Я к Лене отношусь, как к вынужденной знакомой и в любой другой ситуации не был бы рад ее появлению. Но не в этот раз. В этот раз мне было интересно понаблюдать за поведением супруги в свете ранее описанных событий.
В последний раз я видел Лену на встрече однокурсников моей жены, но она оттуда ушла раньше, поэтому я так много узнал о «великом» прошлом Марины. Все бы ничего, но меня беспокоила одна маленькая деталь, которая, мягко говоря, не совпадала с образом моей супруги, которую я знал уже десяток лет. Марина в жизни очень приличный человек, у нее есть принципы и она им никогда не изменяет. Я не помню ни одного случая, где бы она кого-то, друга или незнакомого человека, могла, так сказать, ударить ножом в спину. В Маринином откровении, она просто так, без особой важной причины, отсосала у человека, который по-серьезному встречался с ее лучшей подругой. Это не ее стиль, что-то здесь не совпадало...
Лена со своим кавалером подошли к нам и после минутного диалога, они удалились к своему столику. Когда эта сладкая парочка повернулась к нам спиной, я заулыбался самой мерзкой улыбкой, на которую был способен.
— Что-то не так? — спросила Марина, тоже улыбаясь мне.
— Нет-нет, все в порядке. Я так понял, она до сих ничего не знает?..
Маринка, опустила глаза, взяла бокал вина, отпила немного и ответила:
— Нет, она ничего не знает и пусть это так и остается. Договорились?
— Мне нравится, когда ты злая — с улыбкой проговорил я.
Она опять улыбнулась и показала мне язык.
С той памятной ночи, когда я узнал так много нового о прошлом моей супруги, мы эту тему больше не поднимали не разу. А теперь, когда неожиданно нарисовалась Лена, да еще и с новым ухажером, все ожило мгновенно. Во всяком случае у меня. Я естественно не собирался упускать удобную возможность «доверительно пообщаться».
— Неужели ты жалеешь об этом? — поинтересовался я.
— Нам обязательно об этом говорить здесь и сейчас?
— А что такого? Лена сидит далеко, к тому же она не одна. По-моему, нам ни что не мешает... Просто у меня в голове не укладывается, что моя собственная жена дошла до того, что уводила мужиков у своих лучших подруг.
— Я не уводила ее мужиков — она быстро ответила — Просто Лена...
В Марининых глазах блеснуло что-то отдалено напоминающее растерянность. Я стал давить:
— Просто Лена... — повторил я с намеком на желание услышать фразу до конца.
Я уже сообразил, что скорее всего я нащупал золотую жилу, и начал играть с супругой, как кошка играет с загнанной в угол мышкой. Каюсь, я готов был на все, лишь бы смутить и пристыдить свою дорогую супругу, лишить ее хваленной уверенности в себе, заставить ее говорить.
— Сколько раз ты таким затейливым образом общалась с этим Андреем? Сколько раз ты его соблазняла за спиной своей подруги? Сколько раз ты давала этому кадру? — нажимал я на жену.
— Соблазняла? Давала? Звучит, как будто я шалава вокзальная... — пыталась защищаться Марина.
— А как ты это назовешь? — наступал я
Марина замолчала на некоторое время. Чувствовалось, что она пыталась найти хоть какие-то слова, оправдывающие ее поведение. И тут она выдала:
— Лена к твоему сведению тоже далеко не святая..
Я мог внутренне себя поздравить. Теперь исповедь жены, пускай даже не о себе, далеко не за горами. Теперь это только вопрос времени.
Вот как я рассуждал переваривая последние слова Марины:
Переспать с парнем подруги совсем не в характере Марины, если конечно... Тут возможны разные варианты ответов, но одно было очевидно — Лена сказала, сделала или попыталась сделать что-то такое,
