любопытством подходит к окну и заглядывает в него
Филипп Петрович (одобрительно): А что, гишпанец хват! Четвертый час
«Про предка» ищет с Ксенией рассказ.
Но в месте том, где ищет он, нередко
Находятся потомки, а не предки!
(со значением) Ну, раз пошла такая чехарда...
(Довольно трет руки, орет в сторону сеновала) Аксинья! Дура! Марш бегом сюда!
Прибегает всклокоченная Аксинья с соломой в волосах. Филипп Петрович подозрительно оглядывает ее.
Филипп Петрович (строго): Опять на сене трахалась с Данилой?
Аксинья (фальшиво): Помилуй барин! Да когда ж такое было...
Филипп Петрович (строго): Умолкни, дура. Мчи скорей в приход.
Пусть поп Иван немедленно придет.
Да требник пусть захватит поп Иван...
Аксинья (охает, в ужасе): Неужто так затрахал басурман
Лебедку-барыню, что отпевать придется?
Филипп Петрович (строго): Заткнись. Скажи Прасковье, пусть займется
На свадьбу угощеньем. А Федот
Возьмет ружье и станет у ворот.
Гишпанца одного не выпускать!
Ну, все, беги...
Аксинья срывается с места, бежит к воротам.
Филипп Петрович: Нет, погоди! Стоять!!!
Аксинья останавливается, как вкопанная
Филипп Петрович (строго): Данилы с морды оботри следы.
Увидит поп — недолго до беды.
Аксинья, покраснев, вытирает со щек остатки спермы, убегает. Филипп Петрович возвращается в кресло.
Филипп Петрович (довольно): Ну, вот и все. Налажен в доме мир.
Сейчас венчанье, по венчанью — пир,
Потом — цыгане, бляди и канкан...
(задумчиво) Цыган не надо. Вдруг обидится маман?
Иль не обидится? (задумчиво, Разгуляю) Я прав или не прав?
Что скажешь, Разгуляюшка?
Разгуляй: Гав-гав!
Веселая музыка.
Занавес.
