насаживается ртом на член, а потом ее губы, скользнув колечком по стволу, добираются до самого основания. Нежная губка почти коснулась мохнатых яиц, а носик уперся в заросший жестким волосом лобок.
— Янка-то не умеет в горло, давится все время, зато как язычком работает... мммм!... Ну-ка, покажи!
Алиса уступила член подруге, которая тут же вобрала его в ротик.
Марина отказывалась брать у Кирилла в рот, поэтому он мог догадываться, что сейчас делает внешне застывшая девушка внутри своего рта, но видеть, как пухлые губки, так похожие на губы его любви, нежно и мягко обнимают толстый стержень Батяни, было выше его сил. Он уже хотел выйти, но босс продолжал расхваливать своих «шлюшек»:
— Ты не представляешь, какие они гибкие... Вы где-то занимаетесь, сучки?
— Да, гимнастикой, — кивнула Яна, а Алиса, отобравшая предмет вожделения у подруги и принявшаяся его азартно отсасывать, только согласно промычала.
— Сейчас продемонстрируют!... Ну-ка, девки, в позу приветствия!
Девушки встали с колен и, выйдя на центр комнаты, нагнулись. Да не просто так. Наклонившись и взявшись сзади за стройные голени наманикюренными пальчиками, они практически сложились пополам, так, что их лица оказались буквально между коленями широко расставленных ног, а волосы двумя красивыми волнами — черной и светлой, — легли на пушистый ковер. Кир судорожно сглотнул, потому что их дырочки были бесстыдно предоставлены похотливым взглядам и даже чуть раскрылись, словно приглашая.
И Батяня, крякнув, не замедлил воспользоваться этим приглашением. Он не спеша поднялся, подошел к застывшим в «позе приветствия» девушкам и постучал своим мясистым членом по промежности сначала одну, а потом другую.
— Сучки мокрые совсем... Ну, кому первой заправить? — обратился он к девушкам, оглаживая их попки, как будто нарочно подставленные под его ладонь.
— Меня-меня, — едва не заскулила Алиса между своих ног. При этом ее попка, не смотря на кажущуюся невозможность таких действий, стала выписывать призывные восьмерки.
— Она и мертвого уговорит, — усмехнулся Батяня и, крепко взявшись одной рукой за бедро девушки, принялся заталкивать свой толстый половой орган в нее. Поначалу головка едва входила, но мужчина, рыча от нетерпения, упорно заталкивал его, пока, наконец, не утопил, причем, сразу на всю длину. Алиса вскрикнула, кажется, хищно оскалившись (точнее определить было трудно — Кир видел ее лицо «вверх ногами»). Пару раз, словно примериваясь, Батяня медленно ввел и вывел член, а потом вдруг без перехода принялся наяривать повизгивающую от удовольствия девушку.
Кир видел, как толстый стержень, раздвигая нежные, растянутые на нем, губки снует туда-сюда частыми ударами. Послышались звучные шлепки, когда яйца босса шлепались об уголок влагалища, с таким азартом член вгонялся в Алису...
Примерно через минуту Батяня остановился и переместился в сторону. Его член, весь в смазке, вызывающе торчал перед новой полуоткрытой дырочкой, услужливо предоставленной Яной. Так же, не церемонясь, он вцепился в стройные бедра и, пару раз ткнувшись во влагалище, проник в него. Очевидно, смазка Алисы сделала свое дело, и проникновение в Яну прошло мягко и легко. Девушка вздрогнула и издала такой женственный полустон-полушепот, полный страсти и радости обладания, что Кира едва не бросился на босса с кулаками. Именно так стонала его Марина, когда он ее брал! Как можно так чувственно стонать? Словно Яна отдавалась любимому мужчине на шелковых простынях, усыпанных лепестками роз, словно она осознавала, что любима и желанна, но не стоит посередине комнаты, согнутая в два сложения, а рядом не постанывает от нетерпения вторая «шлюшка», которую точно таким же образом только что отоваривал плотный лысый мужик.
Кир едва не застонал: а может и его Марина сейчас ублажает примерно в таком же виде — в одних только в черных чулочках и модных
