искреннего, то непроницаемого и завораживающе опасного, как сейчас.
— Снимай джинсы, — приказал он в привычной для себя манере, не предполагающей возражений. Девушка оглянулась на Матвея, который застыл в стороне, скрестив на груди руки. Она спустила джинсы, которые упали до колен, и вынула из них ноги.
— Теперь футболку.
Кристина стянула через голову футболку, понимая, что ждет следующего приказа с нетерпением и трепетом.
— Лифчик... Трусики... Одну ногу на кресло... , — Лука, наконец, выпрямился на своем троне, и, когда Кристина поставила правую ногу на сидение слева от Луки, он обхватил ее рукой за попку и притянул к себе ее бедра, приближаясь лицом к ее ноющей от изнеможения киске. Он коротко поцеловал ее клитор, успев мимолетно пройтись по нему языком, и больно сжал пальцами ее ягодицы, разглядывая ее прелестный цветочек. Ее щелка вся истекала прозрачными соками, губки были белыми и пухленькими, а клитор — нежно розовым, как нераскрывшийся бутончик мелкой розы. Он снова порывисто и жадно ее поцеловал и снова оторвался. Кристина отрывисто застонала, больше даже не пытаясь сдерживать разбуженные в ней страсти, и невольно подалась навстречу его губам. Она почувствовала, как сзади приблизился Матвей, взяв ее за бедра и нежно их поглаживая. Его член уперся ей в щелку и она призывно прогнулась в талии, в нетерпении задрожав и хватаясь за плечи Луки, чтобы не упасть. Когда Лука наконец впился в ее киску в истребляющем всякую скромность долгом беспокойном поцелуе, член Матвея вошел в щелку Кристины сзади мощным глубоким толчком. Его руки больно сжали ее груди, она потеряла всякое равновесие, да и вообще ориентацию в пространстве и наверняка упала бы, если бы не сильные мужские руки, удерживающие ее на плаву. И она плыла на волне блаженства, содрогаясь от настойчивых жестких толчков Матвея и безудержных сводящих с ума ласк Луки.
Когда ее тело задрожало в лишающем разума оргазме, ее тут же, как безвольную куклу, опустили на колени властные руки. Еще толком не придя в себя, она обнаружила передо своим лицом огромный до предела эрегированный член Луки, весь влажный, напряженный и пылающий. Сзади в нее снова стал врезаться Матвей, беспощадно глубоко и дурманяще быстро. Она поймала ротиком член Луки, ловя темп Матвея, и, не находя уже сил даже для стонов, полностью отдалась воле своих совратителей.
(Продолжение следует)
