меня (она работала тогда в элитном, как сейчас модно говорить, салоне). Она ловко управлялась с ножницами, держа пряди моих волос между пальцами, при этом упиралась своим теплым бедром куда-то мне в плечо. Тонкий пьянящий аромат всегда исходил от нее. Этот аромат и ассоциируется у меня с первым детским понятием женственности, до сих пор я не ощущал ничего подобного. Как я говорил раньше — если мама избегала носить обтягивающее, то тетя Света наоборот — всячески подчеркивала свой прелестный зад. Джинсы, обтягивающие юбки, не брезговала и мини-юбками. Высокая, импозантная, крашенная блондинка (постоянная «химия» превратила ее волосы в кудряшки) с широними бедрами — идеал мужчины. Вообще то она была, то что называется — широка в кости. Сережка весь в нее пошел, недаром его на борьбу взяли. А мы с мамой были, то что называется — мелкая кость. Я не могу вспомнить ни одного эротического момента из своего детства связанного со своей матерью. По дому она ходила всегда одетой, даже из ванной выходила уже в халате. В те редкие моменты, когда она просила потереть ей спинку, она всегда сидела плотно обхватив колени и поджав их к подбородку. Сколько не пытался, даже грудь ее толком не видел, разве что сбоку, хотя на пляже кое что удавалось подсмотреть. Спала она в длинных ночных рубашках без декольте и глубоких вырезов. Правда без трусов всегда. Когда мы жили еще в однокомнатной квартире (я еще в школу не ходил) помню этот ритуал. Горит тусклая настольная лампа, мама поворачивается ко мне спиной, раздевается — остается в одних трусах — одевает ночную рубашку, а потом быстрым движением залазит под рубашку — снимает трусы и прячет их под подушку. Я даже спросил однажды — зачем она это делает? Мать объяснила, что тело должно отдыхать ночью и никакие резинки и пуговицы не должны мешать.
— Значит и мне можно?
— Конечно — с улыбкой подтвердила мать. С той поры я часто сплю голышом, после ванны — так точно. Хотя вру — был один «момент» в детстве, я о нем давно забыл, но просматривая уже в почтенном возрасте одну из категорий порно, это случай сам всплыл из глубины моей памяти. Вполне возможно, что отпечатавшись в моем детском неокрепшем подсознании — это событие стало причиной одной из моих перверсий. Было это в раннем детстве, лет шесть, семь мне было от роду. Дело было жарким летом, у бабушки в деревне. Я с родителями был гостях у маминой лучшей подруги, которая тогда жила в Москве. Представляете — девушка из забитой деревни да и в Москве. Приезжала она раз в год — ну и пир на весь мир сразу же. Полная хата народу: жара, скукота. Выскользнул я на улицу, уселся на лавочку и наблюдаю за «купающимися» в пыли воробьями. Как вижу выходит мама из дома. «Пойдем погуляем» — берет меня за руку и мы куда-то идем. Идем по узкой, обсаженной кукурузой, дорожке от дома. Кукуруза высокая — выше меня ростом в раза два — создает тень и прохладу. Мне казалось, что иду я через заколдованный лес с причудливыми деревьями. И вдруг — яркий свет — мы выходим на залитую солнцем поляну. Это оказывается хозяйственный двор со всеми присущими постройками. Главная — это КЛУНЯ, даже не знаю как точно перевести на русский, переводчик GOOGLE говорит РИГА. Ну пусть будет РИГА. Удивительное строение — в нем содержали и скотину, и кур, и дрова на зиму, и конечно же сено. У бабушки это было мое любимое место поиграть в партизан. А здесь она (РИГА) была еще больше чем у бабушки. Недавно видать построенная — пахло свежим деревом и конечно же сеном. Я как будто из заколдованного леса попал в сказочный замок — стоял очарованный, высоко задрав голову, наблюдая за летавшими под потолком ласточками. Как вдруг какой-то резкий посторонний звук нарушил эту идиллию. Я в отчаянии стал искать источник этого звука...
И то что увидели мои глаза — мозг отказывался принимать. Мощная желтая струя вырывалась откуда-то из под маминых ног и била оземь. Напор
