вышло. Звонил Егор и сообщил, что приезжает завтра. Вечером моя невестка была расстроена. Когда я поинтересовался почему, ответила:
— Завтра приезжает Егор... А что будем делать мы?
— Ничего... — с наигранной бодростью сказал я, — свою задачу я выполнил. Теперь буду жить и наслаждаться семейной идиллией. А ты осчастливишь мужа и постепенно научишь всему, что узнала.
— А вдруг он заподозрит...
— Не дай ему этого сделать. Женщина, а тем более жена должны быть хитрой... — и обнял её.
Она тяжело вздохнула и, прижавшись ко мне, «уютно» засопела. А маленькая ручка скользнула в мои штаны.
— Глядишь в вашей идиллии и приласкаешь когда старика...
— Какого? — сверкнула она хитрым взглядом.
— Да есть тут один... — я положил руку на её грудь, ощущая, как сильнее забилось у неё сердце, — больного, немощного, и жалкого...
— Это тот? Такой хитрый, как волк в «Красной шапочке»? — приняла она игру.
— Ну, типа того... Только есть тебя он не будет... Приголубит... Да! Возможно, отшлепает... Для профилактики, — добавил я.
Она задумалась, а потом сказала:
— Пошли. Я сделаю тебе массаж! Старичок, ты мой!
А вот это было уже, что-то новенькое! Обычно начинал игры я. Ну это и хорошо. Не тот случай, когда инициатива наказуема.
— Давай раздевайся и ложись, — продолжила она, — а я пойду, переоденусь...
Пока она ходила, я разделся и лёг на живот, прикрывшись простынкой. Раздались шаги, и первое что я увидел — ноги. Стройные женские ноги, затянутые в ажурные чулочки. Странного цвета — фиолетового. С небольшими бантиками сверху резинки удерживающей их на бедре. Взгляд скользнул вверх. Белоснежный халатик, про который, можно сказать: «Ну, Вам по пояс будет...», облегающий тело как перчатка. Глубокий вырез почти полностью открывающий крошечный лифчик, приподнимающий грудки вверх и заставляющий их собраться в прелестные, выпирающие вперед бугорки. Белый кружевной фартучек чуть больше моей ладони и белоснежная шапочка типа кокошника на голове.
— И как мой любимый пациент? — строгим голосом произнесла Даша, — что болит?
— Да вот спину ломит... — вступил я в игру, — и бедра болят... А внизу живота, в паху — тянет.
— Тогда массаж! — строго произнесла она.
Её нежные руки сняли с меня покрывало и начали мять и поглаживать спину. Нет, конечно, на настоящий массаж это не тянуло, но когда она проводила по коже своими острыми ноготками, у меня замирало сердце и начинало настойчиво ныть в паху. А по телу начинали «бегать мураши»... Уже через пару минут я почувствовал, как мой орган, набух и, пытаясь «встать». Он давил на стол, врезаясь в живот. А когда её пальчики скользнули между ног и начали играть с мошонкой, я застонал.
— Доктор... — сдавленным голосом прошептал я, — мне тяжело лежать на животе! Можно я перевернусь на спину?
— Давайте. Поворачивайтесь, — разрешила она.
Я повернулся. Моё второе «Я», гордо вздыбилось, располагаясь вверх и чуть наклоняясь к голове. Её строгий взгляд пробежал, по-моему «богатству» и она, протяжно выдохнув и набрав воздуха, произнесла:
— Сдаётся мне сударь, что вы просто симулянт! Заманили беззащитную женщину в «берлогу» и пытаетесь её соблазнить.
— Да что вы доктор... — с тревогой прошептал я, — всё болит...
— А это что? — её руки опустились и ухватили мой орган, поглаживая его.
— Наверное, вы какой-то нерв затронули... — говорил я, в то время как рука соскользнула со стола и стала медленно поглаживать стройное бедро.
— Вот видите! — она выпустила член из рук, — я же говорю! — её рука легла сверху моей и стала подталкивать ладонь выше, туда, где под коротенькой полой виднелись голубые плавочки.
Я не стал сопротивляться, и ладонь накрыла её прелести. Раздался выдох, сопровождаемый чуть слышным стоном, и она даже маленько присела, стремясь усилить контакт.
— Ну, доктор если вы так это понимаете... — ... палец оттянул в сторону материал трусиков и
