приподнимаемое судорожно-напряженными мышцами.
А через мгновение рухнуло вниз, слабо подергиваясь. Тиски её рук, державших мою голову, ослабли.
Я отстранился, наблюдая за Софьей. Слабые подергивания тела, спазмы перекатывающихся мышц и попытки вздохнуть... Резкий, но короткий вздох, хрипящий стон на выдохе и она глубоко задышала.
— Давай! — попросила она, — чего ждешь? Я хочу, хочу этого!
— Сильно? — поинтересовался я.
— Да... — тихо произнесла она.
— Громче!
— Да, — она повысила голос.
— Ещё громче!
— Я хочу тебя Фёдор! — она уже кричала, призывно протягивая ко мне руки.
Я встал. От всего увиденного у меня был такой стояк что «щемило» яйца, несмотря на то, что буквально десять минут назад я кончил в её горячий ротик. Сдвинув крайнюю плоть и намочив слюной головку, приставил её к киске и одним рывком погрузился внутрь. Громкое чмоканье и гортанный вскрик возвестили о моём движении. Мы замерли, приспосабливаясь, друг к другу. Как это ни странно, вагина плотно обжимала ствол. Я чувствовал слабую пульсацию её мышц, горячими объятиями охвативших член.
— «Лиха беда — начало!», — подумал я.
— Давай... Не останавливайся... — молила меня Софья.
— «Поехали!», — проговорил я, знаменитую фразу Гагарина начиная двигаться.
... Вперед — назад, вперед — назад, чуть вбок... Выйти с громким хлюп и тут же погрузиться с такой скоростью, что мошонка с глухим стуком бьёт по голым ягодицам... И опять... Вперед — назад, вперед — назад, и наклон в другую сторону...
Ноги положить на плечи и снова — вперед... Быстро, быстро, очень быстро... Не давая ей и себе перерыва. Софья от возбуждения и страсти крутит бёдрами, рот приоткрылся, глаза остекленели. В темной глубине глаз бьётся похоть и «жажда».
— Да-а! — кричит она не в силах сдержать порыв и подаваясь вперед, сама, нанизываясь на член.
— Давай крути жопой! — это уже кричу я.
И она крутит, как может, а я втыкаю в неё своё «копьё» раз за разом. Глубоко, как мне кажется до самых гланд. Чувствую, что временами касаюсь головкой матки, и каждый раз дрожь пронзает её члены, а сама она вскрикивает от наслаждения.
— Ещё? — кричу я.
— Ррр-гда-а! — нечленораздельно сквозь стон бубнит Софья.
— Тогда так! — я на мгновение покидаю лоно, одним движением переворачиваю её на живот и снова «врубаюсь» внутрь.
Она стоит на коленях перед диваном, опершись о него грудью. От моих движений груди елозят по его обшивке, так как я крепко вцепился в пухлые ягодицы и, не отпуская её далеко.
— Теперь сама, — почти спокойно говорю я.
Она приподнимает торс и, упершись в диван кулачками, начинает сама нанизываться на «волшебный стержень». Я стою как статуя, тяжело дыша и отдыхая. Когда она, запыхавшись от усердия, притормаживает, бью её по заднице, пришпоривая.
— Давай! Радость моя! Энергичнее...
— ... — тяжелое дыхание.
— Быстрее! А то мне придется тебя отшлепать... — поглаживая красные пятна от ударов, пыхчу я.
И дальше...
— Я кончу в тебя!
— А-а-а! — кричит она, мотая из стороны в сторону головой продолжая нанизываться на член.
— Я предупредил, — мелькает в голове мысль и пропадает, так как её опять начинает крутить в оргазме.
Софья грудью падает на диван, дергаясь и захлёбываясь, продолжая кричать.
Тут подкатило и мне. Чуть подаюсь, назад выходя из гостеприимного лона на две третьих и, начинаю, заполнять вагину спермой. Почти сразу белесые струйки полезли наружу, а я подаюсь, назад выстреливая остатки на её ягодицы... Чтобы тут же рухнуть сверху на её спину придавив к дивану.
— 6-
Потом мы встали и тяжело поплелись в душ. Мой бедный «парень» как-то опал и висел, изображая из себя сосульку. Налицо было противоречие... Я хотел её, хотел ещё трахнуть, но был вымотан до такой степени, что не мог. Мы помылись, а потом пошли в сауну. Пропотев и обмывшись под душем, нырнул в бассейн. Прохладная вода и баня вернули энергию, и когда Софья
