Я ехал в маршрутке домой поздно вечером. Часов в десять, когда на улице ещё светло, но солнца уже нет, и неуловимая печать сумерек уже лежит на всём окружающем. Я был под маленьким градусом, мы с ребятами чуть-чуть выпили по поводу завершения проекта, за руль я не сел, поэтому и пришлось ехать в маршрутке. В салоне, напротив меня, сидела прелестная девушка со светлыми волосами, забранными в конский хвост. Она была одета в короткий летний сарафанчик, ничего не скрывающий, а только подчёркивающий все красоты тела обладательницы. Я, честно говоря, засмотрелся на неё. Мало сказать, она была прелестна, более того, такой красоты я ещё не видел.Я смотрел на неё и восхищался. Мужской взгляд неизбежно падает на женскую грудь, вот и я не стал исключением — но такой груди не бывает на свете! Высокая, упругая даже на вид, маленькие соски просвечивали через лиф сарафана. Я почувствовал, что возбуждаюсь. Взгляд мой скользнул ниже, туда, где заманчиво темнела ткань трусиков. Вдруг девушка сделала движение ногами, сразу напомнившее мне Шарон Стоун. Она медленно подняла одну ножку и положила её на другую. Я успел заметить её трусики и ещё более тёмный оттенок между ножек. У меня выступил пот. Стало тесно в шортах. Я заставил себя отвернуться. Но глаза так и норовили смотреть в сторону девушки. А она, между тем, заметила моё замешательство, и, видимо, поняла причину. Я, мысленно плюнув, повернулся к ней и... увидел, что она раздвинула ножки, подол её сарафана сполз к бедрам, и я увидел её междуножье. От увиденного у меня захватило дух. Девушка носила трусики-бабочки — то есть её лоно было открыто! Я почувствовал, как у меня выделилась маленькая капелька смазки. А девушка продолжала надо мной издеваться. Она то сводила, то разводила ножки, оттянув край лифа, она подула туда, и я потерял голову.Пересев к ней на диванчик, я быстро приник к её губам. И, к моей радости, она ответила! Так, целуясь, мы не заметили, как маршрутка приехала. Нас прервал голос водителя: — Всё, приехали, вылазь!Мы вышли из маршрутки и остановились в смущении. Голос водителя подействовал на нас, словно холодный душ. — Тебя как зовут? — смущённо улыбаясь, спросила девушка. — Женя, — ответил я. — А тебя? — Лена, — она, опустив голову вниз, проговорила, — хочешь в гости? — Конечно! — радостно сказал я, и мы пошли, взявшись за руки по направлению к видневшимся недалеко новостройкам.Поднявшись на пятый этаж девятиэтажного дома, мы прошли в правое крыло. Открыв дверь, Лена сказала, — Я сейчас! — И убежала внутрь квартиры. Я стал осматриваться. Квартира была богато обставлена. Красивое зеркало висело в прихожей, шкаф-купе орехового дерева почти не выделялся на фоне стен. Я разулся, и было направился в гостиную, но остановился, поражённый. Передо мной стояли две совершенно одинаковых Лены. Видимо, я был совсем никакой, потому что девушки звонко рассмеялись, словно рассыпались бубенчики. Я понял, что пропал. Я влюбился в обеих сразу, потому что они были одинаковые! — Я Лена, — сказала та, что справа. — Я Аня, — сказала, та, что слева. — Понял... — проговорил я. — Пошли чай пить, — сказала Лена, уже одетая в коротенький шёлковый халатик синего цвета, в отличие от сестры, которая была в длинной голубой футболке.И мы пошли пить чай. Девчонки предложили выпить, но я отказался. Чем заслужил уважительный взгляд обеих. А они выпили чуть-чуть белого вина. Мы разговорились. По мере общения я стал уже немного различать их, но только по голосам. Лена обладала мягким, обволакивающим голосом, а Аня отличалась небольшой хрипотцой. Девчонки предложили мне оставаться у них, так как было уже поздно, и вообще... Я, конечно же, согласился. Мы перешли в гостиную, Анька включила музыку, это была Энигма. Такая музыка действует на меня возбуждающе.Ленка села рядом со мной и прижалась ко мне. Мы
