на мне до сих пор красавицу, чтоб было поудобнее, я ещё чуть ускорил движения, почти вбивая своим телом любимую в стену. Лидуська, уронив голову мне на ключицу, тихонько постанывала, а её горячее прерывистое дыхание только ещё больше распаляло меня.
Ванна есть ванна, и, пару раз чуть не поскользнувшись, я решил не доводить дело до возможной травмы. Опустив ножки моей девочки на твёрдую поверхность, дождался момента, когда она осознает, что надо стоять, а не валиться вниз. Чуть-чуть в этом мне помогли струи воды, под которые я запихнул расфыркавшуюся девушку. Останавливаться на этом совершенно не хотелось, и, аккуратно развернув девушку попкой к себе, я слегка надавил ей на поясницу. Моя уменка сразу всё поняла и наклонилась, облокачиваясь на край ванны, прогибаясь и выставляя мне на обозрение свои прелести, однако любоваться я пока не собирался — слишком давно мы не виделись, поэтому я хотел её здесь и сейчас, хотел безумно, как животное. И всё же я сдержал порыв пронзить мою добычу своим копьём. Мои руки скользнули вверх вдоль её позвоночника, огладили вздымающиеся плечи и нырнули к повисшим без внимания холмикам груди, дабы исправить эту возмутительную оплошность. Мягкая и нежная кожа скользила во влажных руках, но я крепко сжимал желанное тело, отвечающее мне тихими стонами. Каменный член прижимался к разгорячённой дырочке, чувствуя волны жара, исходящие от возбуждённой самки.
Очень медленно, миллиметр за миллиметром я стал проникать внутрь, раздвигая багровой головкой мокренькое узенькое отверстие. Лидуська замерла, забыв выдохнуть, а затем, словно лавина, резко накатила бёдрами, насаживаясь своей киской по самый корень. Стон вырвался у нас с ней одновременно. По спине пробежали мурашки, моя голова запрокинулась, а глаза сами собой закрылись от такого долгожданного, но неожиданно сильного удовольствия.
Насладившись ощущениями внутри горячей и влажной пещерки, сладко охватывающей моё мужское достоинство, и немного поотойдя от сковывающей всё тело эйфории, я, обхватив одной рукой живот девушки, послал вторую в атаку на такую любимую мной женскую грудь и, плотно притянув мою женщину к себе, начал двигаться внутри неё — осторожно и неторопливо, но ритмично и глубоко, каждый раз упираясь головкой в шейку матки. Мои губы с жаром целовали лидину шейку, язык слизывал капельки влаги с шелковистой кожи, а нос шумно выдыхал горячий воздух в женское ушко.
— Моя любимая... Моя нежная... Моя желанная... — чуть приглушённый шёпот органично вплетался в шум льющейся воды и громких вздохов, а в ответ ему при каждом движении слышался сладострастный стон моей любвеобильной женщины.
Движения становились всё резче, всё сильнее сжимали руки тело, дарящее истинное концентрированное счастье. Я пребывал на пороге оргазма, и лишь одно желание заполняло сбоящий мозг: «Резче! Сильнее!!! ЕЩЁ! ЕЩЁ!!! ДААААА!!!»
Оргазм смешал цвета, заставив всё вспыхнуть радужным фейерверком. Наши обессиленные тела опустились в ванну, и я почувствовал прохладу железа своей разгорячённой спиной. Лидуська прижалась ко мне и потянувшись лизнула в левое ухо. После эмоциональной встряски её язык показался шероховатым и необычно гибким. «Чего только не почудится после оргазма,» — ухмыльнулся я про себя. А Лидуська снова лизнула меня в ухо, а потом, чуть отстранившись и пристально посмотрев на меня своими зелёными глазищами, громко мяукнула. Странно, но после такого свет погас, а мозг — наоборот, как будто включился. повторное мяуканье раздалось слева и шершавый язычок снова стал облизывать моё ухо.
Только сейчас я догадался открыть глаза. На бортике ванны сидел мой кот и зачем-то облизывал моё ухо. Естественно, кроме него в ванной больше никого не было. Да и откуда бы здесь взяться Лидуське — она ж в другом городе живёт, да и ключей от моей квартиры у неё нет. Мда, угораздило же меня снова заснуть в ванне.
