Все-таки, в частной практике есть свои плюсы. Хотя поначалу и не подозреваешь, какие плоды может дать подобное начинание — просто зарабатываешь себе репутацию, привлекаешь новых пациентов, налаживаешь связи с зарубежными коллегами. Жизнь идет своим чередом, и требуются годы, чтобы смелая задумка начала приносить дивиденды и преобразилась наконец в ту форму, которую хотелось ей придать изначально.
Сейчас я вполне доволен жизнью и могу позволить себе много больше, чем в годы бурной молодости. Выстроенная, размеренная жизнь, не лишенная простых человеческих радостей. Что еще нужно для счастья? Но судьба готовила мне сюрприз. И я даже не подозревал, как круто он изменит устоявшийся уклад.
Как-то днем, в самый разгар рабочего дня, в просторный кабинет ворвалась девчонка и, захлопнув дверь, ринулась ко мне. По правде говоря, я опешил, не ожидая столь бесцеремонного вторжения, и остался сидеть в кресле, ожидая дальнейших действий. Как ей удалось минуть секретаршу, я не имел не малейшего представления, но раз уж пришла, пусть говорит, что ей нужно. Да и вообще не мешало бы иметь представление, с кем придется иметь дело.
Малышка подбежала ко мне и, плюхнувшись на колени, схватила руку и начала отчаянно ее трясти. Тут-то я узнал ее. Марина, дочь одной семейной пары, которая вот уже лет восемь является пациентами клиники. Люди обеспеченные и уважаемые в городе. Отец — крупный предприниматель, мать — глава городской администрации. Я знал, что у них есть дочь, но видеться с ней не приходилось. И вот, она сидит передо мной и, похоже, отчаянно пытается подобрать слова, чтобы выразить свою просьбу.
— Пожалуйста, помогите мне, — сказала она тихо-тихо.
— Марина, успокойся. Сядь в кресло, — я указал ей на то, что стояло напротив стола, — и расскажи, что произошло.
Но она не послушалась, все также продолжая стоять на коленях. Однако говорить начала.
— Понимаете, неделю назад у меня был секс. Это у меня впервые, — тут она смутилась и даже покраснела. — Мы использовали презервативы, но месячные не начались в положенное время и теперь мне очень страшно. Родители убьют меня и парня, если я забеременею. Я вспомнила, что они наблюдаются у вас, и решила обратиться за помощью. Вы же поможете?
Я смотрел на ее личико, на большие, наполненные мольбой и страхом глаза, на тоненькие дорожки слез, что скользили по ее щекам. Она была прекрасна, как лесная нимфа — юная, наивная, дышащая надеждой. А как она говорила. В каждом ее слове сквозила начитанность и правильное воспитание. Но что же, девочки из хороших семей тоже попадают в беду.
— Сколько задержка? — спросил я, понимаю, что лучше выполнить ее просьбу, иначе проблем потом не оберешься.
— Три дня.
— Хорошо, пойдем в смотровую.
Она чуть не бросилась мне на шею, благодарная, что сможет получить помощь, которую, очевидно, ни в каком другом месте ждать ей не приходилось. Еле успев перехватить ее, я указал нужную дверь и пошел впереди.
Тут нужно отметить, что уже как пару лет я не веду прием, занимаясь исключительно управлением. Но для самых важных пациентов всегда нахожу время — в конце концов, не каждый захочет довериться рядовому врачу. На этот случай у меня есть отдельная приемная, граничащая с кабинетом, чтобы пациентам не приходилось проходить через коридор и становиться объектом внимания медсестер. В нее-то я и повел Марину.
— Раздевайся ниже пояса и залазь на кушетку.
Кресла в смотровой не было, но широкая кушетка с ремнями-фиксаторами вполне подходила.
Малышка разделась и легла, стеснительно прикрываясь ручками.
— Нет, попой сядь на самый край, а ножки согни и тоже поставь на кушетку.
Марина и тут выполнила требуемое, но пятки постоянно соскальзывали — сказывалось отсутствие необходимой растяжки. Как раз пригодились фиксаторы. Худенькие лодыжки оказались в плену медицинского приспособления и ноги больше не мешали
