Свет. Ты так классно двигаешься.... ..
Дважды просить ее было не нужно, и она продолжила. Я давно был близок к финалу, и мне не потребовалось много времени, чтобы начать изливаться в тесную мокрую дырочку. Почувствовав, как ее нутро толчками наполняется моей влагой, Света кончила в третий раз. Но сейчас все произошло по-другому. Женщина соскочила с меня и погрузила пульсирующий и еще исторгающий семя член в свой ротик. Она долго не выпускала его, желая высосать все до последней капельки. А затем объяснила:
— Забыла этот вкус. Очень хотела попробовать...
— Я понимаю.
Света вытянулась по простыне и вновь прижалась ко мне, обвив руками и ногами.
— Ты прости меня за мое поведение. Я не шлюха. Я живой человек. Просто с тех пор, как сгинул муж, я все время одна. Заходил несколько раз один морячок лет пять назад во время путины, и с тех пор — ничего. Ты не злишься, что я тобой так бессовестно воспользовалась?
Мне стало искренне жаль эту несчастную обделенную женщину и, не находя слов, я начал нежно поглаживать ее по волосам. А она вдруг тихо засмеялась:
— И мозоли на моих пальцах не только от тяжелой работы.
— Ты удивительная женщина.
— Я знаю... И еще могу быть очень извращенной. Хочешь?
— Даже не знаю...
— Мне лет 10 назад с одной шхуны видеодвойку подарили. И кассет кучу. А знаешь, какие кассеты у морячков?
— Представляю...
— Нет, там были и нормальные. «Любовь и голуби», Гайдая фильмы, боевики со Шварцем и все такое. Но штук 10 — порнуха. Я их до дыр пересмотрела. Уже ни цвета, ни звука не осталось. Так что теоретически я очень подкована. А вот с практикой — беда.
— А тот, с сейнера?
— Он приходил и просто брал меня раком в бане. Потом кончит за секунду, шлепнет по заднице на прощанье, и вся любовь. Но я и от такого кончать умудрялась, с голодухи-то.
— Мда...
— Коль, можно я... с тобой буду?... Ну, пока ты здесь?
— Я не против.
— И так, если захочешь... В любое время. Просто подойди и скажи... Да можешь даже не говорить! Просто сделай, что хочешь, и все. Я и в попу согласна, и в рот. Как угодно!
— А дочки?
— А я им объясню... завтра... Они поймут... наверное... может быть... Ну не поймут сейчас, так потом поймут!
* * *
Приставать к матери на виду у дочерей я все же постеснялся. Днем я чинил оборудование, а потом полночи кувыркался со Светой в постели. Любовницей она была потрясающей! И в плане жадности до секса, и во всех остальных планах. Невероятно ласковая, нежная и вместе с тем фантастически развратная. Она действительно позволяла мне иметь себя в любую свою дырочку, получая при этом неподдельное удовольствие от всего, что я с ней проделывал. Она не брезговала подолгу облизывать мой член после того, как я трахал ее в попу. Она восторженно принимала, когда я заливал спермой все ее лицо. Она сама придумала трахать меня в анус своим острым язычком, и делала это с радостью. К нашей третьей ночи она уже не стеснялась голосить от оргазма на весь дом, не заботясь о том, что ее услышат. («Девочки все поймут»). Она удивляла меня каждый день своей ненасытной похотью. Но на четвертое утро она удивила меня по-настоящему. Сделав мне утренний миньет (это, кажется, становилось нашей традицией), Света огорошила меня предложением:
— Коль, останься с нами здесь, на Скалистом.
Я хотел что-то сказать, но она закрыла мне рот ладонью.
— Дослушай. Не перебивай. Я думаю, что мы сможем здесь жить счастливо. Вчетвером. Ну кто нам еще нужен? И что нам еще нужно? Ты — мужчина, и будешь здесь хозяином. Будем вместе работать. Построим хлев, заведем коровок, свиней. Причал построим, лодку заведем. С той стороны есть маленькая бухточка, и если руки приложить, ее можно бонами от любого шторма оградить. А в свободное время мы будем ухаживать за тобой, и ублажать тебя, как захочешь. Я и девочки. Они, если хочешь, тоже станут твоими женами. Они совсем невинны, и ты можешь сделать из них все, что захочешь. Как из
