Недобрые предчувствия у меня начались, еще когда машина тряслась по полевой грунтовке мимо реки. Вода сильно поднялась и плескалась уже почти у самой кромки дороги.
— Мы назад-то проедем?, — спросил я Серегу.
— Не ссы. Проедем. Дорогу еще ни разу на моей памяти не заливало. Сегодня вон как тепло. К вечеру опустится.
Но часа в 4, когда мы с друганом уже закончили работу и собирались обратно в город, поступили тревожные вести. Вернулся недавно уехавший Серегин сосед по даче.
— Кранты! Не проехать. Все залито к ебеням! Ночевать тут придется.
Бля! И дернул меня черт согласиться на эту авантюру! Неужели нельзя было в следующие выхи эту дебильную трубу в бане поменять? Я ругал себя на чем свет. Все планы на завтра похерились. Похоже, что я действительно залип на даче приятеля минимум до утра. Впрочем, маленькая надежда оставалась.
— Серый, а электричка в город когда?
— Через 40 минут. Не успеешь. До станции 10 км.
— Пиздец!
— Да ладно тебе париться! Заночуем тут. А завтра утречком попробуем прорваться. Не получится, так на 9-ти часовой вернешься. В 10 уже в городе будешь.
— Кость, и действительно, не расстраивайся! Посидим, выпьем. Нормально все будет, — встряла Серегина жена Оля.
— Где ты выпить-то возьмешь? Не взяли же. Не собирались ночевать. Хотя можно к сторожу сходить. У него всегда самогонка есть, — сразу оживился друг.
Выпить он любил. Олька гоняла его, но тут неожиданно сама предложила, чем очень обрадовала супруга.
— Вот и сходи. А я пока на стол соберу. Слава богу, жратва хоть есть.
Серый метнулся до сторожа, вернувшись через полчаса с 0, 7 самогонки. Нехитрый стол к тому времени был уже накрыт, а я растопил в дачном домике печь. Майские ночи были холодными.
Самогонка была премерзкая. Мы с Олей осилили лишь грамм по 150. Зато Серега старался за троих. Он осушил бутылку до дня, а потом еще и сходил за догоном. Меня, помню, еще удивило, что его бдительная жена не выразила по этому поводу даже формального протеста. Вторая поллитровка добила кореша, и он завалился спать.
Мы с Олей дотемна болтали о всякой всячине, а затем тоже засобирались на боковую. Домик был маленький. Отапливалась лишь одна комната, в которой стояло 2 кровати.
— Кость, ты не против, если я с тобой лягу?
Серегина жена была настоящей красавицей. В универе, где мы учились все втроем, за ней ухлестывала целая куча парней, не исключая и меня, но она почему-то выбрала Серегу. Сейчас ей было 29, и она стала еще привлекательней. Расцвела по-настоящему и созрела, как спелый плод. В любых других обстоятельствах я был бы не против предложенного варианта, но сейчас ее вопрос поставил меня в тупик. Видя мою нерешительность, Оля поспешно пояснила:
— Не хочу просто рядом с этим телом спать. От него воняет, как от пьяного грузчика.
— Э-э, ну ладно, — смущенно ответил я
Видя мое состояние Оля развеселилась:
— О-ой, ты покраснел что ли? Не напрягайся, Костик. Постельное белье я все равно не взяла. Не думала, что так получится. Так что спать в одежде будем. Хочешь, валик из одеяла между нами скатаю, если ты стесняешься.
— Да хватит тебе. Ничо я не стесняюсь.
— Я бы своего на пол отправила, а тебя на его место, но... Сам видишь как тут у нас. Щели одни и дует по полу. Простудится еще, алкаш несчастный.
Мы легли в том, в чем были. Оля — в джинсах и свободном хабэшном джемпере, я тоже в джинсах и в футболке. Носки только сняли. Кровать была просторной. Мы лежали, не касаясь друг друга. В принципе, ничего такого в этой ситуации не было. В студенческие годы мы компанией ходили на сплавы, где спали с девчонками в одном палатке и в более стесненных условиях. И ничего. В большинстве случаев все было чинно, безо всякого там баловства. Но сегодня я почему-то волновался. В голову лезли всякие крамольные мысли, и в борьбе с ними я не заметил, как уснул.
Глубокой ночью я неожиданно проснулся. За окном было черно, на улице
