грустная.
— Эй, Муно! — окликнул его один из матросов, — Не наводи тоску! Спой что-нибудь повеселей, а то девушка сейчас расплачется от твоей неразделенной любви!
Парень ударил по струнам и стал быстро перебирать пальцами. Полилась веселая мелодия, и несколько моряков пустились в причудливый пляс, выделывая ногами невообразимые пируэты. Другие, встав полукругом, начали хлопать в ладоши в такт мелодии. Дана, понаблюдав за движениями, не раздумывая, присоединилась к танцорам и вскоре уже сама отплясывала замысловатый танец, смеясь при этом, как маленькая девочка.
Каблучки её сапожек отбивали веселую дробь в такт хлопкам зрителей, а концы платка вились на ветру так же легко, какой легкой и гибкой была их хозяйка.
— Вы прекрасно танцуете, госпожа! — воскликнул пожилой матрос, когда танец закончился.
— Спасибо, — Дана, отдуваясь, обмахивала себе лицо ладошкой, — Только я не госпожа, а рабыня господина командора.
Она приподняла пальчиком свой ошейник. Матрос наклонился и медленно прочел надпись.
— На моем корабле нет рабов, — послышался голос капитана.
Матросы расступились. Бритс стоял поодаль и, конечно же, видел, как веселилась девушка. Он мягко взял Дану под руку и сказал, что господин командор попросил показать ей корабль, если девушка, конечно, захочет. А после экскурсии они спустятся в кают-компанию, где к тому времени будут приготовлены прохладительные напитки и легкие закуски.
Под восхищенные возгласы моряков капитан увел девушку на корму.
— Это, — заявил он, — самое главное место любого корабля. Отсюда отдаются нужные приказы команде, отсюда управляют судном.
Они подошли к штурвалу, за которым стоял рослый матрос с рыжими волосами и густой бородой. Двумя руками ухватив рулевое колесо, он внимательно всматривался вперед, иногда косясь на компас, расположенный прямо перед румпелем.
— Хотите попробовать? — неожиданно спросил Бритс.
— А можно? — изумилась девушка, — Я никогда не водила суда. Только видела.
— Дин! — обратился капитан к рулевому, — Подвинься.
Рыжий матрос отошел в сторону, уступив место Дане. Девушка положила свои маленькие ручки на рукоятки штурвала и вдруг почувствовала, как колесо само начало поворачиваться. В это же время стрелка компаса тоже полезла в сторону.
— Держать курс, десять тысяч осьминогов! — шутливо прикрикнул капитан, помогая рабыне выровнять корабль.
— Есть, капитан! — приняв эту игру, ответила Дана, — Только боюсь, что у меня не хватит сил.
— А Вы не торопитесь, — посоветовал Бритс, — Даже опытные моряки считают управление кораблем нелегким делом.
Постояв у штурвала еще минут десять, Дана передала управление рыжему матросу, и в сопровождении капитана пошла осматривать такелаж и остальное корабельное хозяйство. Бритс с увлечением рассказывал о парусах, мачтах, о канатах и других приспособлениях, не упуская возможности поведать очаровательной гостье какую-нибудь историю из морских баек.
Заметив, что девушка немного утомлена прогулкой и его болтовней, капитан предложил Дане спуститься вниз. Кают-компания представляла собой просторное светлое помещение с тремя круглыми иллюминаторами. В самой середине стоял овальный стол из дорогих сортов дерева, на котором молодой матрос расставлял бокалы, бережно вынимая их из буфета и протирая полотенцем, переброшенным через плечо.
В углу на диване уже сидел командор и листал увесистую книгу в сафьяновом переплете. Увидев девушку и капитана, Крис отложил в сторону старинный том и поднялся со своего места.
— Ну, как погуляла? — спросил Норт, усаживая рабыню в мягкое кресло.
— Спасибо, господин! — заулыбалась девушка, — Всё так интересно! Господин капитан мне рассказал такие истории! Я даже немного постояла у штурвала корабля!
— Замечательно! — одобрил командор, — А как ты себя чувствуешь?
— Немного устала, хозяин, — смущенно
