смотрела на этого человека и никак не могла понять его действий. С одной стороны Аманда сказала, что я являюсь его рабыней. Но с другой он говорит со мной так, будто я — его гостья, внезапно заболевшая и теперь доставляющая некоторые хлопоты. Но как тогда расценивать то, что я услышала в кабинете Эльзы? Ведь Шеер недвусмысленно заявил, что хочет забрать меня к себе. Не хватало, чтобы они еще из-за меня дуэль устроили!
Но та манера, с которой говорил господин Гюнтер, давала мне надежду кое-что разузнать. Это меня и радовало и настораживало.
Дверь моей комнаты неслышно открылась, и в её проёме появилась улыбающаяся мордочка Аманды.
— Господин! — тихо позвала она, — Я принесла еду для Саманты. Могу я покормить её?
— Да, — Гюнтер резко встал, — Заходи.
Аманда вкатила в комнату маленькую каталку, заставленную ... тарелками, накрытыми блестящими крышками. Гюнтер потянул носом и причмокнул языком.
— Поешьте, мисс Саманта, — сказал он, — Это придаст вам силы. А потом мы продолжим разговор, если вы не против. Приятного аппетита.
Я согласно кивнула. Аманда подняла подушки и помогла мне усесться. Потом она достала большую салфетку и заботливо обвязала ею мою шею, аккуратно расправив концы. Взяв в руки тарелку, она подсела на край кровати.
— У нас есть девушка-повариха, — не без гордости сказала Аманда, — Очень вкусно готовит. Попробуй.
Она зачерпнула ложкой янтарную жидкость и протянула мне. Действительно, суп был очень вкусным. Тем более, что я уже давно не ела таких блюд.
Аманда кормила меня с ложечки и вытирала губы салфеткой. Я чувствовала себя важной персоной и отметила, что мне это начинает нравиться. Но, каждый раз, когда я слышала мелодичный перезвон кандалов этой маленькой рабыни, на душе становилось тоскливо. Я прекрасно понимала, что скоро и на меня наденут такие же «украшения», которые Аманда считает сексуальными.
— Ну? — сказал вошедший в комнату Гюнтер, — Как дела?
— Спасибо, — я устало отвалилась на подушку.
— Хотите отдохнуть? — поинтересовался он.
— Мы можем продолжить, — я устроилась поудобнее, — Я не устала.
— Прекрасно! — господин Гюнтер снова взгромоздился на стул, — Я жду ваших вопросов.
— Тогда расскажите мне о себе, — немного подумав, попросила я, а потом добавила, — На десерт.
— А что вас интересует? — в свою очередь спросил Гюнтер, — Моя биография не такая уж интересная.
— И всё-таки, — продолжала настаивать я.
— Ну что ж, — он вздохнул, — Раз обещал.
Гюнтер полез в боковой карман пиджака и вытащил оттуда небольшую плоскую трубку. Я поморщилась, потому что не переносила табачный дым, но Гюнтер заверил меня, что уже давно не курит, а просто держит трубку в зубах.
— Итак, — начал он, — меня зовут Карл Гюнтер. Я родом из Австрии. Но там почти и не жил. Вскоре после моего рождения родители переехали в Германию в город Гамбург. Я окончил гамбургский университет и стал заниматься финансами, но на этом поприще не разбогател. Даже наоборот — заимел себе массу врагов. Когда родители умерли, я, прихватив своё наследство, попросту сбежал в США, но и там удача отвернулась от меня. Я перебивался случайными заработками, еле сводил концы с концами. И вот однажды я встретил...
Тут Гюнтер замолчал, словно обдумывая, стоит ли говорить об этом. Я упорно хранила молчание. Наконец, Гюнтер, пожевав трубку, продолжил:
— Я встретил Франца Шеера.
— Господина Шеера? В США? — удивилась я.
— Да, именно так, — подтвердил Гюнтер и добавил, — И не его одного. К тому времени гер Шеер уже был тесно знаком с небезивестной вам госпожой Эльзой.
— Простите, — не удержалась я, — А госпожа Эльза уже тогда была такой?
— Жестокой? — уточнил Гюнтер, — Она всегда была сумасшедшей на почве нацизма. А Шеер всячески её подогревал на правах старшего. У них даже была своя маленькая ячейка. Погромами, правда, они не занимались, но изучали труды нацистов,
