Татьяны
— Ты классно это делаешь, — Татьяна потрепала Алину по волосам, — Где ты этому научилась? Ах, да, ты мне говорила.
Лицо девушки светилось от счастья. Она доставила удовольствие своей госпоже. И пусть эта госпожа была ненастоящая, всё равно ей было приятно, что Таня смогла расслабиться благодаря её стараниям.
— Тащи сюда всё, что я купила, — попросила Татьяна, резко вставая с места, — Сейчас мы сделаем из тебя настоящую рабыню. Или ты уже не хочешь?
— Хочу, моя госпожа, — поклонилась девушка.
Алина разложила на широкой кровати свертки и коробки и с нескрываемым любопытством начала разглядывать их содержимое. Чего там только не было?! И черное блестящее платье из тонкого латекса, и белый фартук и передник. Наверное, предполагалось надевать в зависимости от того, в чем рабыню захочет видеть её госпожа. В коробочках лежали, зловеще поблескивая, наручники, кандалы, ошейник с парой поводков. В красочные полиэтиленовые пакеты были упакованы различные кляпы, накладки и затычки.
— Я тут кое-что из дома прихватила, — Татьяна бросила на кровать еще один сверток, который странно заскрипел.
— А это что такое, госпожа? — не удержалась от вопроса Алина, — Что-то металлическое.
— Раскрой и узнаешь, — загадочно улыбнувшись, предложила подруга.
Девушка дрожащими руками раскрыла пакет и замерла. Из глубины свертка тускло блестели самые настоящие резиновые трусики. К перемычке были приделаны два черных фаллоса, по своей форме ничем не отличавшихся от настоящего мужского члена.
— Нравится? — ехидно спросила госпожа.
— Откуда это? — Алину прошиб холодный пот.
— Завалялось дома, — вяло махнула рукой Татьяна, — Думала, тебе понравится. Ну, что? Будем одеваться? Госпожа ждет!
Девушка стащила с себя рейтузы, свитер, юбку. Таня сидела и молча смотрела на этот неуклюжий стриптиз. Когда Аля осталась в одних трусиках (лифчик у неё хватило смелости снять), госпожа хмыкнула и жестом приказала избавиться от последней детали гардероба.
— Руки на затылок! — скомандовала она, — ножку чуть вперед и прогнись.
Когда рабыня исполнила её просьбу, госпожа многозначительно взглянула на девушку и причмокнула языком.
— А ты — ничего, хорошенькая. И грудь приличная. Моя — меньше.
— Спасибо, госпожа, — Алина смущенно опустила глаза.
— Так! — Татьяна громко хлопнула себя по коленям, — Бери трусики и оближи затычки. Хорошо оближи, чтобы вошли в тебя легко. Они с виду только кажутся толстыми и длинными.
Повинуясь приказу, Алина начала старательно облизывать фалы до тех пор, пока с них не начала капать слюна. Таня помогла девушке натянуть трусики и долго расправляла их руками, пока не исчезла последняя морщинка. Осмотрев со всех сторон свою рабыню, она легонько шлепнула её по попке и спросила:
— Не беспокоит? Не мешает?
— Нет, госпожа, — глаза добровольной невольницы округлились.
— Так, а теперь наденем платье, — решительно сказала госпожа, — Оно должно обтягивать твою фигурку очень плотно. Поглядим, не промахнулась ли я с размером.
Латекс заключил тугой стан девушки в плотные объятия. Вырезов у платья не было, и воротничок обвил тонкую шею Алины, выделив ровные полушария грудей и обозначив соски. Юбочка прикрывала низ на треть бедра, обозначив округлые ягодицы и плоский животик с симпатичным кружком пупка.
— Что бы ты сама хотела надеть? — спросила Татьяна, — Фартук или передник?
— А вы, госпожа, в чем хотели бы видеть свою рабыню? — схитрила девушка.
— Надень фартук, — приказала госпожа, — А я посмотрю, как он тебе подходит.
— Слушаюсь, госпожа, — ответила Алина.
Фартук оказался тоже из резины, причем, желтого цвета с шершавой поверхностью с изнанки. Когда нагрудник приник к выступавшим сквозь латекс соскам, он сразу же стал тереться о них, раздражая и возбуждая. Татьяна приказала пройтись по комнате, и Алина почувствовала, как затычки
