практически освободившаяся от майки...
После того, как Настя из моего воображения сняла майку, давая мне возможность смотреть и прикасаться к её прекрасным сиськам, мне пришлось под столом незаметно сжать член через плотную ткань джинсов, чтобы случайно не кончить в штаны. Благо сидел я у стенки, а рядом со мной был мой друг, который занимался более полезным делом, нежели я. Вы не подумайте, конечно же он не слушал лекцию. Все гораздо прозаичнее: он просто спал. Да и в случае, если бы он заметил, он бы не стал придираться. Только стебался бы постоянно, но это пережить возможно. Ваня вообще у меня очень хороший друг.
Я бы, наверное, так бы и просидел всю пару, взглядом утопая в её сиськах и мысленно развивая дальше этот весьма интересный мне сюжет, если бы не крик, раздавшийся в коридоре. Это даже был не крик а вопль. Все тут же обернулись и стали смотреть на дверь. Андрей Вольфович (препод) пошел смотреть, что случилось. Он успел только дверь открыть, и тут на него накинулось очень много людей и принялись его кусать! Он орал, но скоро его крики стихли. Вся аудитория была в оцепенении, все сидели и молчали... Пока вдруг один из людей с куском оторванного лица и без глаза не посмотрел на аудиторию. Все кинулись к выходу. Люди, как позже выяснилось, это были уже не люди а зомби! Зомби кинулись на людей, я тоже хотел побежать, но Ваня меня остановил, предупредив о том, что это ловушка. Он показал на уже мертвых однокурсников и молча прокрался к черному выходу, махнув мне рукой. Мы, ничего не говоря от шока, открыли дверь, выбежали и закрыли дверь. Вдруг кто-то начал стучать в дверь с криками о помощи. Я открыл, это была Настя.
А теперь немного о Насте: ей 20, как и мне, она брюнетка с 4 размером груди (тут уж можно понять, почему я, фантазируя на паре, чуть не кончил, представив себе её сиськи без их обыкновенного облачения). Настя очень красивая, я влюблен в неё с первого курса. Не только из-за красоты, естественно, хоть она и вскружила голову мне поначалу. Я аж опешил, когда она меня обняла и поцеловала в щеку. И был несказано рад, но мою радость и общее оцепенение прервали удары зомби в дверь.
Мы выбежали в коридор, в который вела вторая дверь из помещения, где мы находились, и ужасная картина предстала перед нашими глазами: коридор, покинутый отчего-то этими монстрами, весь был в крови. На стенах, как будто в фильмах ужасов, были кровавые подтеки, оставшиеся от рук и тел пытавшихся спастись студентов, куски изодранных тел, полусъеденных рук и ног... Невероятно было себе представить, что все это сделали друг с другом бывшие одногруппники и товарищи.
Мы пробежали несколько коридоров своей небольшой компанией, преодолевая занятых трапезой зомби, пролетая открытые двери, из которых доносились ужасающие звуки, и прокрадываясь мимо различных лестниц. В это время Настя, пугаясь всех резких звуков и движений по сторонам, прижалась ко мне, сделав меня своим негласным защитником. Я был и не против, мне было только приятно такое внимание с её стороны, и потому я позволил себе взять её за руку и вести вперед, осторожно двигаясь по коридорам за Ваней.
Здание института было в ужасном состоянии: здесь царила теперь полнейшая анархия, и была она исключительно кровавой. Казалось, мы могли бегать так бесконечно, чудом избегая нападений зомби и отбиваясь изредка от одичавших товарищей, но тут Ваня жестом указал на люк в потолке, который, как знали все, всегда был открыт, но очень бережно охранялся нашим охранником, Петром Степанычем. На нижние этажи было не пробиться, лестницы кишели зомби, а потому особых вариантов у нас не было, нужно было где-то отсидеться, пока первая волна этого безумия не схлынет. Обрывки формы нашего охранника валялись неподалеку, и потому мы, опасаясь, что он теперь может быть еще опаснее, как можно быстрее выбрались на крышу, забаррикадировав люк и фактически отрезав себе пути к
