свадьбы её жених уходит в плаванье.
— А что заказать девку через неделю после свадьбы ни как нельзя?
— Да ты что? Она, новоиспечённая блядь, интересна же сразу из объятий жениха и в объятья садистов. Да и так, чтобы в самом же свадебном платье приняла их, со всей своей ебливой душой, сразу как мужа проводит в плаванье.
— Ну а жених не заметит, что-ли колокольчиков на сиськах и пизде?
— Да эти штырьки снимаются и одеваются как молнии на ширинках. Вот...
И кто-то из них так бесцеремонно повыдёргивал штыри с колокольчиками из сосочков. Он, нисколько не заботясь о болях, вставил эти штыри в половые губки девушки. Да и крайне грубыми словами заставил её пройтись демонстративно по сексо-дрому. Из сосочков капельками побежала кровь. А при ходьбе из пизды позвякивали колокольчики.
И я тут же вспомнил, как мы с Татьяной именно из этих сосочков выдавливали молоко струйками. Девушка превозмогая боль пройдясь-с-подскоками по восьмёрке тут же вернулась к своим мучителям.
— Ну и так же легко вернём на место эти колокольчики.
С этими словами он так же рывком выдернул штырьки из половых губок девушки. Как только девушка перестала мучатся от болей, то он буквально заставил меня вставить их на место, теперь и снова — в сосочки девушки. Шеф мне шепнул на ушко:
— Вставляй, Ильдар. Такое ты ведь должен сам испытать. Эта, блядь, очень любит испытывать боль.
Я, конечно, не мог себе позволить делать резко. Но сама девушка мне помогла справиться с моим же волнением. И мы с ней совместно снова через кровь вставили штырек с колокольчиками в её обе сиськи.
— А ещё они мне в попу воткнули 30 иголок разом. И со всеми иголками моих ягодицах, трахали меня раком. Они, один за другим менялись местами. Каждый играл с иголками.
— А когда в пизду её мы спускали, то хлопали по воткнутым в её жопу иголкам.
— За то теперь, когда жопа заживёт у нас с женихом будет отличная тачка. Так, что не прикасайся к моим ягодицам — мне там очень больно сейчас.
Я глянул на её булочки. Офанареть! Там было столько кровоточащих следов. Хотя ещё несколько часов назад — я помнится с удовольствием с Татьяной пускали волну хлопками по её нежной коже на ягодицах. Нет слов! Поражало другое — это взвинченные от кайфа, глаза юной бляди. Судя по ангельскому её голосочку она даже и не догадается в какие шлюхи её заведут такие события.
— Мой жених приедет с морского рейса послезавтра — я постараюсь, что бы у меня всё зажило. Ведь через неделю — свадьба. И сразу, на следующий день после свадьбы, пусть эти мужчины делают опять всё, что хотят со мной.
— Да уж на этом свадебном платье ты не только машину поднимешь. Повезло тебе, бляди, быть столь желанной для богатеньких мужчин. — Молвила и вторая официанточка, на которой не было таких следов от издевательств, как на этой малолетней дурочке.
— Да и тебе, сука, «за компанию», тоже машина уже досталась, да к тому же никто и издевался с проколами и иголками. Всем интересно посмотреть, как в судоргах бьётся именно молоденькая девчушка с нежной кожей и с невинными глазками.
— Ой, да, когда я была молодая — меня так же прокалывали и били плётками и бычками прижигали — пока вот всю кожу на мне по три раза спалили изверги. Так, что я сейчас пригодна только для простой ебли. Слава тебе Господи, что хоть сами сиськи не отрезали.
Девка при этом сама себе вдавила в сиськи пальцами.
— Да, ну не упругие, как в молодости, но не отвисли ещё пока как уши у спаниеля. Главное, что моему сынишке, что поступил в «1-ый медицинский» всё так же нравится их сосать...
Вот типа такого общение я услышал в этой комнате. Я хотел был задать вопрос: «а когда иголками кололи одну девку, то почему во вторую девку хотя бы одну иголку бы за компании тоже не воткнуть бы»?
Но тут сам же и сообразил — всё под контролем владельцев и охраны этого ресторана. Значит видимо вторая девка заработает меньше, но без
