голос, а Марина мычала от удовольствия. Она была одета в коротенький халатик, который не стеснял моих движений, а лишь подчеркивал изящные длинные ножки и выпирающую аппетитную попку. Я ускорился и финишировали мы почти одновременно. Мариночка еще сильнее сжала ножки, так что моему пенису стало просто некуда деваться и он извергся прямо на внутреннюю поверхность ее бедер, а затем, вырвавшись из тесного плена, продолжил изливаться на попку моей младшей дочери. Вика тем временем прижала белокурую головку сестренки обеими ладошками к своей промежности и извивалась в экстазе, пока Мариша, мыча от наслаждения, совершала ураганные движения язычком, помогая себе пальчиками.
Затем, когда стоны немного затихли, Марина повернулась к Вике попкой, давая той возможность слизать папин сок любви, чем она незамедлительно и воспользовались. Уставшие и довольные, мы, улыбаясь от радости, лежали и смотрели друг на друга. Нет большего счастья, чем видеть раскрасневшиеся лица дочерей, которые влюбленно смотрят прямо в глаза отца. Но почему-то Вике приспичило нарушить идиллию, начав довольно неудобную тему.
— Пап, так что насчет вагинального проникновения?
— Да... Ээ, а что?
— В общем мы подумали и решили, что время уже пришло.
— И кем же будут ваши избранники?
— Пап, он будет один на двоих. И ты его знаешь!
— Да? И кто же это?
— Аркаша...
Сказать, что я был удивлен — значит не сказать ничего. Аркадий — это наш сосед по лестничной клетке. Ему было около 25, он жил один в квартире напротив и был типичным «ботаником», постоянно попадая в разные нелепые истории. Например недавно зашел к нам за солью, так своими вечно размахивающими руками задел люстру. Еще хорошо, что она ему на голову не свалилась. В общем — где Аркадий, там и беда.
Конечно, Аркаша заглядывался на моих доченек, когда случайно встречал их на улице или в подъезде. Да и как было не заглядеться, если девушки почти все время носили крайне откровенные наряды — мини-юбки, которые оголяли ножки до самой попки и обтягивающие грудь топики или блузки с расстегнутой верхней пуговкой. Аркаша жутко смущался, краснел и отводил взгляд, но все равно украдкой наблюдал за моими девочками.
— Вы уверены?
— Да, пап... Он очень милый и безобидный. От него точно можно не ожидать никаких подлостей.
— И он нам обеим нравится, — добавила Марина.
— А как делить будете?
— Пусть он сам выберет, кто из нас ему больше нравится. А от второй-то, мы думаем, он точно не откажется.
— Но как вы его сюда заманите? Он же стеснительный — просто ужас!
— Мы ему деликатно намекнем... — жарко и возбуждающе прошептала Марина.
— Ну хорошо... Попытайтесь.
На этом разговор закончился и мы заснули.
Утром мои малышки приготовили завтрак и одели соблазнительные наряды — короткие юбочки и рубашки, завязанные узлом под грудью. Вике достался нежно-голубой наряд, а Марине — мини-юбка в красно-черную клетку и белая сорочка. Я пожелал им удачи и они выскользнули за дверь.
* * *
Ранним утром я сидел в кресле и смотрел передачу про животных. Показывали африканские саванны — очень познавательно и интересно. Я был полностью расслаблен, наслаждаясь выходным днем и бутылочкой колы. В этот момент в дверь позвонили.
— Кто бы это мог быть, — пробормотал я себе под нос.
Дело в том, что я совершенно не люблю незваных гостей, а, если честно, вообще любое человеческое общество вызывает у меня отторжение. Возможно, это связано с тем, что я довольно неуклюж, и к тому же постоянно попадаю во всякие неловкие ситуации. Вспомнить хотя бы недавний эпизод с люстрой. Когда я открыл дверь, то понял, что сейчас попал как раз в одну из таких неудобных историй.
На пороге стояли мои соседки — дочери Анатолия Станиславовича, жившего в квартире напротив, именно в его коридоре на меня чуть не свалилась та самая злополучная люстра. Вика и Марина выглядели, как обычно выше
