завершение отличного дня.
День третий, полдень.
Хорошенько выспавшись, я пешком проёшлся до гаража, благо погода была солнечная и приятная. Как будто сама природа хотела мне сказать: «Эй, сегодня отличный день для секса! Марина уже соскучилась по тебе!». Улыбаясь своим мыслям, я вошёл в гараж и уже привычным движением резко открыл дверь в переходе.
Марина лежала на столе (где же ей ещё быть?) и остутствующим взглядом смотрела в потолок. Для гарантии щёлкнув её током, я зафиксировал бесчувственное тело в позе «черепаха», максимально оттопырив попку Марины вверх. Когда девушка пришла в себя, я дал ей попить энергетика, скормил шоколадный батончик и поинтересовался её самочувствием. Ответ я получил несколько неожиданный:
— Самочувствие? Ты издеваешься?! Ты со мной такое делаешь, я вообще не понимаю, как жива до сих пор! Кстати, у меня ещё вчера вечером должны были начаться месячные, так что я ещё и беременна. Ты сволочь, чтоб ты сдох! — снова сорвалась на крик она.
— Разве ты и тебе подобные не считают, что счастье в детях? — засмеялся я. — Не переживай на этот счёт. Это сейчас меньшая из твоих проблем. Ведь сегодня я лишу девственности твою задницу!
— Что? Нет, только не туда, пожалуйста! Ты и так надругался надо мной, не надо...
— Вот именно, — прервал я Марину. — Я и так уже много сделал, не вижу смысла останавливаться на достигнутом. Сегодня распечатаем твою третью дырку. Точка.
Я снял со стенда внушительных размеров вибратор, хорошенько смазал его и ввёл во влагалище Марины, а затем включил самый быстрый режим. Пока он делал свою работу, я нанёс смазку на свой член и анальное отверстие девушки. Скоро всхлипывания отчаяния сменились возбуждёнными судорожными вдохами, а ещё через несколько минут Марина громко застонала и ослабла. «Отлично, площадка готова», — понял я. Приставив член к расслабленной узкой дырке, я резко ввёл головку внутрь. Марина встрепенулась и застонала, в этот раз уже от боли, пронзившей её девственное очко. Она попыталась сжать анус, чтобы не пустить меня внутрь, но это уже не сработало. Головка погрузилась внутрь, а теперь за ней погружалось и всё остальное. Я плавно входил внутрь, расправляя мягкую и горячую кишку Марины, пока мои бёдра не упёрлись в её худенькие ягодицы. Девушка громко стонала от боли, но мне было всё равно. Я вышел до середины члена, а затем резко вошёл внутрь.
В высоком темпе я драл Марину в задницу, шлёпая её по ягодицам. Узкая попка сжимала член как тиски, тугое колечко ануса скользило по всей длине члена, оказываясь то на уздечке, то у самого основания ствола. Когда я входил целиком, девушка кричала от боли, а её очко сжималось ещё сильнее, даря ещё больше наслаждения. Член чувствовал себя очень уютно в этой горячей и тесной дырке, и я с блаженством насаживал задницу Мариши на свой истосковавшийся по женским попкам член. Ничего не могу с собой поделать, анальный секс — мой любимый вид удовольствия. После пятнадцати минут безжалостного насилия над попкой своей жертвы, а разрядился внутрь, войдя особенно глубоко. Казалось, что я стреляю спермой Марине прямо в желудок. Я застонал и навалился на свою девочку, да так и пролежал на ней, пока её попка не вытолкнула опавший член из себя. Девушка горько плакала, а из её раздолбанного очка вытекали белые капли и капали на стол. Я сфотографировал это зрелище на память и вышел на улицу. Солнце всё так же ярко светило с небес, было удивительно тепло для середины осени. «Эх, жить хорошо и жизнь хороша!» — подумал я и отправился немного погулять по прилегающей территории. Пусть Марина пока отдохнёт, день у неё впереди не лёгкий.
Вернувшись в гараж через час, я застал Марину в той же позе, в которой трахал — ещё бы, она ведь прикована к этому столу так, что может только крутить головой и кричать. Её попка уже снова сжалась, но уже не в такую крохотную дырочку, как была с утра. Края ануса до
