Сквозь сон я слышал, как по подоконнику тихо барабанит мелкий дождь. В спальне моей царил полумрак, я ощущал это сквозь сомкнутые веки. Голова немного гудела.
Я прокручивал в голове события вчерашнего дня. Знакомство с Алисой. Наше с ней общение. Вспоминал все взгляды, которыми я с ней обменялся за вечер. Все наши вчерашние разговоры. Вспоминал её голос, улыбку, лицо. Казалось, это был сон, ощущение нереальности произошедших событий, точнее — её присутствия, заполняло меня, смешивалось в моими ночными грёзами.
Вечером мы пели песни под гитару, Рома аккомпанировал, и я открыл для себя ещё и то, что у Неё прекрасный голос, они с Ромой спели дуэтом несколько песен. Я успевал понемногу фотографировать всё происходящее. Немного позже я попросил Алису сыграть нам на скрипке. Друзья меня поддержали, тоже стали её просить, она разрумянилась от волнения, но согласилась. Мы с Денисом пошли к машине за её вещами и скрипкой. Небольшой клетчатый чемодан на колёсиках, к нему в комплекте маленькая дорожная сумка и красивый чёрный футляр со скрипкой составляли её багаж. Вещи я сразу отнёс в кабинет, где предполагал разместить Её, а футляр Ден вручил ей. Все сразу расселись и приготовились слушать.
Алиса аккуратными движениями извлекла маленькую блестящую скрипку и смычёк, прислонила щечкой к плечу, нежно обхватив гриф своими изящными пальчиками, несколько минут молча и сосредоточенно разыгрывалась, затем наконец заиграла произведение. Я ждал этого томительно. Мелодия была нежная и лёгкая, даже весёлая, лилась как ручей, скрипка пела под Её рукой. Слушать её было одно удовольствие, как и видеть. Хотя я никогда не был большим ценителем классики, в машине слушал иногда, разве что Вивальди и Моцарта, и пару раз был на концертах симфонической музыки, на которых, обычно, под конец засыпал. Но тут понял, что играет она очень классно. Минуты через четыре, когда композиция закончилась, все зааплодировали, я крикнул «Браво». Алиса опустила скрипку, широко улыбнулась и поклонилась. «Сыграй ещё что-нибудь» — просили мы. Она пару секунд помедлила, размышляя, молча поднесла скрипку к лицу и заиграла опять, на этот раз что — то грустное. Личико её было очень серьёзным, когда она играла. Постепенно настроение мелодии менялось, и завершилась она торжественно и жизнеутверждающе. Все снова зааплодировали, ещё громче, стали просить ещё.
«Хорошо, — сказала она, ещё одну...» Теперь она играла какую-то до боли знакомую мне джазовую композицию, не знаю названия, но слышал её сто раз, правда, в исполнении соло скрипки — впервые. Все были в восторге от её игры, и я тоже, конечно, мы благодарили и хвалили Алису, а мне это всё было так приятно, как будто хвалят меня, мурашки бегали у меня по спине от удовольствия.
Затем мы зажгли свечи на столе и приглушили свет. Я заваривал на кухне чай, Алиса подошла ко мне и спросила, что помочь. Я досал из холодильника торт и пирожные, которые привез кто — то из ребят, и она помогла мне разложить их на тарелки, накрыть стол к чаю. Часть ребят уже к тому времени разъехалась, Наташка, кстати, уехала с Игорем, и я мысленно пожелал ему удачи.
А мы, оставшиеся, нас было семеро человек, пили чай и разговаривали, я сел напротив Алисы, чтобы всё время видеть её, и украдкой наблюдал за ней.
Помню, как она, видимо, устав от своей причёски, поднесла руку к волосам и сняла с них заколку... Мгновение — и блестящий шёлк её золотистых волос заструился и рассыпался по плечам... У меня перехватило дыхание... Волосы её действительно были длинные и доходили ей почти до талии. Она была прекрасна в свете живого огня свечей, его отблески играли бликами на её прекрасных волосах, унося меня в мир фантазий...
Она лежала на моей кровати. Её волосы разметались по подушке, её щёки пылают, она смотрит мне в глаза, ротик её приоткрыт, она страстно дышит, и я вхожу в неё... Я с трудом смахнул с себя эту тягучую
