Здесь она медленно скатала один чулок, взяла в одну рук и провела языком по нежной ткани. Снова финт на шесте и в ход пошёл второй чулок, но его девушка взяла одной рукой перед собой, а второй позади и несколько раз провела по промежности. Мужчины в зале притихли, видимо им действо нравилось. Танцовщица в это время села на сцену и стала вытворять ногами какие-то гимнастическо-эротические движения. То широко и бесстыдно разводя их в разные стороны, то скромно прижимая к животу. От корсета девушка избавилась стоя на коленках. Несколько крючков были расстёгнуты точными движениями. А вот и её грудь. Да, я не ошибся, красивая, стоячая, с меленькими, но торчащими сосками. Стриптизёрша провела пару раз по груди, задевая ореолы и растущие на них ягодки, скользнула рукой по трусикам, сделав вид, будто ласкает себя и... музыка кончилась. Девушка собрала свои вещи, послала в зал воздушный поцелуй и удалилась со сцены.
Да уж, с утра яйца чуть не лопнули, да тут ещё насмотрелся. Пора бы, наверное, к Маринке податься. Надо расставить точки над Ё, да и секса чертовски хочется. Я встал из-за стола, помахал бармену и нетвёрдой походкой двинулся к выходу. На такси денег уже не оставалось, да и идти в принципе недалеко, заодно и проветрюсь.
Путь к дому Марины занял минут 20. Никаких приключений на свою нетрезвую попу я не нашёл, да и людей на улицах было совсем мало. Кто ж в такие жаркие выходные будет сидеть в городе, разъехались на озёра, шашлыки, рыбалку. Около подъезда своей девушки я увидел её саму, но не одну, а с каким-то молодым парнем с наглым лицом. Уж не тот ли это хмырь из-за которого она меня чуть не бросила? Ладони превратились в кулаки без моего участия, шаг немного убыстрился и я уже размышлял куда будет произведён первый удар.
— Серёжа, привет! — Маринка увидела меня, отвела взгляд, — это Антон, мы работаем вместе.
Парень протянул руку для приветствия, но я проигнорировал ее, схватил Маринку чёть выше кисти и потянул её за собой в подъезд.
— Пойдём, нам нужно поговорить.
— Пока, Антон, до завтра, — крикнула Маринка.
Что ответил ей хмырь я не услышал, так как уже вызывал лифт. Не отпуская девчонку, мы сели в подъёмник и добрались до нужного этажа, вошли в квартиру. По дороге не было сказано ни слова. В квартире я с порога сорвал с Марины футболку, шортики и стянул босоножки и трусики. Эротическая составляющая меня сейчас мало интересовала, нужно скорее разрядиться.
— Серёжа, не надо, давай поговорим, стой..
Я видел, что Марина вот-вот заплачет, но было всё равно. Я бросил её на кровать, снял с себя штаны и трусы и завалился сверху. Вставил колено между ног девушки и раздвинул бёдра пошире. Приставил перевозбуждённый член ко входу в
О влагалище. Попытался резко войти внутрь, но там было сухо и даже больно. () Маринка молчала, лишь по щекам бежали слёзы. Я вынул член, плюнул на ладонь и растёр влагу по головке и слегка смочил вход девушки. Вторая попытка входа удалась гораздо лучше. Я трахал Маринку как заведённый, вверх, вниз, вверх и снова вниз. Монотонные движения не приносили никакого удовольствия мне, да и девушке, наверное, тоже. Но мне было на это начхать. Главное опустошить свои яйца, которые уже побаливали. Маринка плакала, закусив руку между зубами. Плакала беззвучно. Этот секс показался мне бесконечно долгим, но всё же я смог кончить. Вроде бы вытаскивал из Маринки, а может и нет. Я был пьян и зол Как только я получил своё, тут же скатился с девушки и уснул.
Пробуждение было тяжёлым. Сухость и неприятный запах во рту, головная боль, попытка восстановить вчерашний вечер из мозаики в памяти. Осознание своей вины, животности. В общем хороших новостей явно не было. На другой стороне кровати спала, свернувшись калачиком, Маринка. Я чувствовал себе последней скотиной, но уже ничего нельзя было исправить, лишь загладить свою вину. Я протянул руку к девушке, но лишь коснулся её плеча, как
