один способ «Лежа», — подумал я, чувствуя, как от таких подробностей и мой член готов выпрыгнуть из штанов.Рассказчик помолчал, внимательно посмотрев на рыжего, потом метнул взгляд в мою сторону, словно говорил: «Учись, неуч» и, глянув опять на тугодума, продолжал: — Ты знаешь, трудно передать словами, что чувствует мужчина, когда его член тонет во рту женщины, тщательно отсасывающей его. По-моему, более сексуального кайфа нет. — Пожалуй, ты прав, — рыжий опустил правую руку вниз и стал массажировать своего великана-затворника. — Во! И ты купился на это. Только потом я узнал, есть еще более острое сексуальное чувство, возникающее при «Поцелуе Венеры». — Слушай! Не томи! Давай подробнее про этот поцелуй... — взмолился рыжий. — Ну, так вот. Когда я почувствовал, что головка члена уже уперлась в ее гланды, захотелось еще и дальше его просунуть, но не тут-то было: член оказался коротковат. — Фу ты, черт! Как тебе не повезло. Тут мой «Дурачок» был бы в самый раз! — подскочил на стуле рыжий. — Верно. Вот сегодня ты и покажешь свои способности в этом деле... — Да. Но где же «Поцелуй Венеры»? — Слушай внимательно, — сказал крючконос и что-то шепнул рыжему на ухо. Тот тут же, оправдывая свое тугодумие, повернул голову в мою сторону, а рассказчик продолжил: — Короче, стала она накачивать меня «Челночком». Ее губки ездили туда-сюда по моему «Пацану», отчего тот крепился, что было мочи и, наконец, примерно на двухсотом наезде выложил в ее ротик все то, что до этого так тщетно пытался скрыть. По ее округлившимся глазам я понял, что большего, чем имеет, она уже не ждет. Тогда проказница поднялась, наехала на моего все еще торчащего «Воина» своей узкой щелью, а сама наклонилась ко мне, прильнула своими губами к моим губам и в такт движениям своего таза стала сливать содержимое своего рта в мой рот. — Выходит, что ты выпил сам себя?! Вот это класс! И что ты испытал? — Меня так разобрало, что я впопыхах проглотил то, чем она меня напоила, и так быстро стал ее наяривать, прижимая маленькую попку к себе так, что мне стало казаться, будто это не член мой протыкает ее, а шампур кусок мяса, ожидающего поджарки на костре. Короче, я слил теперь прямо в жерло ее вулкана, гася ее огненную лаву, но она еще билась на мне в бешеном экстазе, целуя меня, кусаясь и царапаясь...«Вот это да! Такое мне не только испытать за наши пять лет совместной жизни, но даже слышать не приходилось», — подумал я с досадой, проклиная про себя холодность своей жены. — Теперь ты уразумел, что такое «Поцелуй Венеры»? — спросил крючконос, опрокинув в рот полстакана водки. — Да! В этом что-то есть «венерическое», — сострил тугодум, начиная прозревать на почве познаний секретов «Большого Секса». — Ну, и как же она тебя наколола? — не унимался рыжий. — Когда мы вдоволь натрахались, напились коньяка с шампанским, она встала и вдруг сказала: — Хочу в очко!... А то что-то скучновато стало... — Нет проблем! Становись раком, я мигом продую твой «самовар»... — Дурак! В картишки! В очко хочу сбацать... — Вдвоем? — А у тебя еще кто-то есть? — Нет. Но в групповушке было бы еще веселее... У нас в экипаже по этому вопросу единое мнение... Пилоты частенько трахают меня хором... — Прямо в самолете? — Не-е-е... Это бывает редко и то, когда рейс далекий и если мужику явно невтерпеж... А так, в основном, в межрейсовой гостинице снимаем номерок. — Один на четверых? — А как же? — И ... тебя к мужикам селят? — Ну?... — Но ты же баба, хоть и молодая... — Добавь «Еще и красивая»... — В красоте тебе не откажешь. Досталось же такое сокровище счастливцу-мужу — дураку... — Тюлень, он, а не муж. Трахаться любит, но не знает как. Только и знает одну позу «Сверху». Ни разу перед этим меня между ног не поцеловал. А
