сокровенный уголок. Мы словно вернулись в прошлое на 2 года, и радовались каждому мгновению вместе. Уснули мы лишь под утро, изможденные до предела.
Разбудили нас оглушительные трели птиц. Солнце уже почти стояло в зените. Сполоснувшись вместе в летнем душе, что был рядом с хижиной, мы, нагие, как Адам и Ева, отправились в бунгало.
Паша хлопотал с завтраком. Увидев нас, он широко улыбнулся.
— Вижу, вы неплохо провели время?
— Да, мой господин, — поклонившись сказала дочка, — И я выполнила твое повеление.
— О! Уже не король! Сегодня утром я добровольно отрекся от престола. Так что можете быть свободны в своих поступках. Но все равно интересно: ты порадовала своего папочку так, как я сказал?
— Ага. Всеми своими дырочками. А где Оля?
— Делает вид, что спит. Думаю, Саш, тебе надо ее навестить.
Я тотчас направился в спальню Паши. Оля не спала и встретила меня виноватым взглядом, натянув простыню до самого носа. Я хотел ее поцеловать, но она увернулась от моих губ.
— Что случилось, сладкая? У тебя все хорошо?
— Нет, — грустно ответила она, — Я — клятвопреступница.
— Какие слова! И какую клятву ты нарушила?
— Быть тебе верной женой, пока смерть не разлучит нас. Но еще недели не прошло...
— Тогда у меня хорошие новости: ты не нарушила клятву. Верная жена не должна обманывать мужа. А ты не обманывала. Я ведь знал, где ты, с кем и чем занимаешься.
— И ты не был против?
— Олюшка, неужели ты думаешь, что если бы я был против, что-нибудь произошло бы? Меня тревожит только две вещи...
— Что?
— Тебе было хорошо... с Пашей?
— Да, очень... Не так, как с тобой. По-другому. Но тоже очень хорошо.
— Тогда я спокоен за это.
— А какая вторая вещь?
— Ты не хочешь знать, где я был всю ночь?
— С Мариной?
— Да. И мы... занимались сексом всю ночь.
Я ожидал чего угодно после этих слов, но только не того, что моя жена просто улыбнется и спокойно скажет:
— Я знала. Я чувствовала. И это ведь не первый раз у вас?
— Нет. Мы были любовниками почти год. Давно. И сейчас это случилось снова.
— Женское чутье не обманешь. Я честно всегда подозревала, что вы были любовниками. Вы и оставались ими всегда, хотя, может, последнее время и не занимались сексом.
— И что дальше?
— Ты о себе и Марине?
— Я вообще.
— Вообще? Я не знаю, Саш. Знаю только, что мы не должны делать того, чего не хотим.
— А чего ты НЕ хочешь?
— Я не хочу, чтобы ты с дочкой разлучался. Понимаешь о чем я?
— Думаю, да.
— Не хочу целочкой, как дура оставаться. () Я о своей попочке. И не хочу, чтобы кто-нибудь страдал. Это все, наверное. А вот чего я хочу... Тут список побольше будет.
— Времени нам хватит...
* * *
В последний вечер на острове на всех накатила грусть. Завтра улетать, в пыльный город, к работе, житейской суете... Мы сами не заметили, как пролетел остаток отпуска. Жили все это время одной счастливой семьей, слившись с природой и друг с другом. После той памятной ночи, мы больше не обременяли себя одеждой и прочими условностями. Теперь это было ни к чему.
На веранде бунгало происходило сейчас такое, о чем еще пару недель назад никто из нас даже и мечтать не мог. На перилах были расставлены свечи в стеклянных сосудах. В углу был сервирован маленький столик. Мебель была раздвинута по стенам, а все свободное пространство на полу было устелено одеялами.
Паша сидел, прислонившись к стенке и медленно цедил холодное пиво. Моя жена, стоя на четвереньках, не спеша сосала его член. Я расположился позади, также неторопливо потрахивая ее в попку. Марина лежала рядом, раскинув ноги. Одной рукой она ласкала себя, а другой — Олину киску. Такая передышка ей была необходима, ведь буквально 15 минут назад мы с зятем довели ее до оргазма, трахнув в обе дырочки сразу, пока сама она вылизывала мою жену.
За прошедшее время мы действительно отбросили все условности и привыкли называть все своими именами. К тому же, такая
