присев немного, обняла, — Ну что же теперь плакать? Ведь братик-то поправился? — Угу! — улыбнулась Поля, все ещё всхлипывая. — Это главное, коть! — уверенно сказала я, — В данном случае цель, несомненно, оправдывала средства!Полина обняла меня в ответ и поцеловала в щёку. — Юлька! — сказала она мечтательно, — Как же клёво, что мы с тобой вместе поселились! Спасибо тебе! — За что? — удивилась я. — За то, что ты теперь у меня есть!... Ну, и за пироженки, конечно! — засмеялась Поля, — Ой, блин! — спохватилась вдруг она, посмотрев на настенные часы, — Время-то! Давай ты первая иди в душ и ложись-ка спать, а то на работе завтра носом клевать будешь!Я послушно кивнула и вышла из комнаты подружки, пожелав ей на прощанье доброй ночи и чмокнув в щёку.На следующий день мы и впрямь чуть не проспали. Вскочив, умывшись и намарафетившись, мы сломя голову подлетели к нашим рабочим местам без одной минуты девять. Отработав, мы пришли домой и, быстренько перекусив, отправились гулять по набережной Москвы-реки. Полина взяла меня за руку и мы пошли, словно две подружки, о чём-то непринуждённо болтая. Мою соседку интересовало то, как и когда я решила в первый раз переодеться в женское, почему мне нравится заниматься сексом с мужчинами и легко ли мне вести такую двойную жизнь. Я чувствовала, что Поля добрый и искренний человечек и рассказывала ей всё без утайки. При этом она, никогда раньше не общавшись с такими «необычными» девушками, многому удивлялась в моих рассказах и в такие моменты её лицо принимало растерянно-детское выражение, немало ... меня забавляя.Наоткровенничавшись и надышавшись свежим воздухом, мы вернулись домой. — Слушай, Юляш, — неожиданно сказала Полина, — а пойдём в душ вместе? — Зачем? — растерялась я. — Спинку мне потрёшь! А то мне как-то неудобно самой...Мы прошли в ванную (которая была без всяких наворотов типа джакузи — просто большая душевая кабинка, раковина, унитаз, и стиралка) и Полина легко скинула с себя всю одежду. Фигурка у неё была очень ладной — аккуратная попка, стройные ножки и небольшие титечки первого размера с тёмными сосками. Пися у Полины была выбрита, за исключением маленького аккуратно постриженного треугольничка волос сверху.Я, посмотрев на неё, не без стеснения начала раздеваться догола...Посмотрев на мой небольшой членик, Поля ласково улыбнулась, и, взяв меня за руку, шагнула в кабинку...Когда я помог девушке намылиться, она стала мыть меня. — Ой, Юлёчек! — сказала она сочувственно, когда я повернулась к ней спиной, — Какая тварь тебя так мучила?Поняв, что она говорит про мои шрамы, я рассказала ей о том, как я ходила в сауну.Во время моего рассказа Полина смотрела на меня широко раскрытыми от удивления глазами. — Слушай, а почему тебя заводит, когда тебя унижают? — спросила она, выслушав. — Не знаю, Поль... Просто заводит, и всё! — Хм... Ты знаешь... в таком случае тебе не стОит отказываться от предложений Глеба! Ведь совмещать приятное с полезным очень редко в жизни получается... А тут — и потрахаешься в своё удовольствие, и ещё денежку хорошую получишь... Могу на что угодно поспорить — он уже завтра тебе что-нибудь предложит!Уклончиво пожав плечами, я ничего не ответила.После душа мы немного повалялись голышом на кровати Полины, смотря по телеку какое-то молодёжное ток-шоу, а затем пожелали друг другу спокойной ночи и я отправилась спать к себе.Полина оказалась права — Глеб Антонович на следующее же утро вызвал меня к себе в кабинет... — Юля, я обещал рассказать тебе подробнее об «особых поручениях», — сказал он и сделал паузу, — кстати, твоя соседка Полина несколько раз уже выполняла что-то подобное! Она тебе рассказывала об этом? — Да! — тихо сказала я, нервно одёрнув юбочку. — Отлично! — довольно сказал генерал, — Тогда
