твоя работа, — заверещал расстроеный кролик, ожидая, когда удав вновь заглотит его небольшое естество..
Задрав юбку почти до пояса, блядища, повернулась к двери передом, шефу задом и нанизалась своим цветком на его окаменевший жезл. Я так громко скакала и вопила грязные слова, что потом Нинка с восхищением мне шептала: «Ну, ты Дашка и блядь! Ни стыда, ни совести! На три этажа было слышно, как вверх, так и вниз!»
Шеф вскоре кончил и засупонившись дал мне немного денег, растрогавшись со словами:
— Купи себе красивое, сексуальное бельё. Ты этого достойна!
Выхожу в приёмную, выслушиваю откровения Нинки, чувствуя неудовлетворённость, спрашиваю подругу:
— Нин, а помнишь ты мне хвасталась елдаком, ну тем: 30 сантиметров на батарейках.
— Ну да есть он, лежит поживает на всякий пожарный, — Нинка открывает ключом самый нижний ящик стола и достаёт своё сокровище, обёрнутое пупырчатым целлофаном.
— Дай попользоваться? Обещаю помыть его и просушить.
— Да не проблема, бери, — секретарша подаёт мне свёрток, — чё не проебал?
— Да! Какое, там, — кривится взбамалошная девица, — только раззадорил.
Дамский туалет. Закрываюсь в кабинке и начинаю заниматься сексом с Михрюткой, так его прозвала Нинель. () Представляю по-переменке то Айгора, то Игоря. Кончаю с Игорем. Немного попустило. Бабочки сложили крылья в изнеможении, но ненадолго.
Грядёт обеденный перерыв. Ноги самопроизвольно несут на верхние этажи. Там работают студентики. Меня уже поджидает Денис. Он подрабатывает типа курьер на полставки. Кому пиццы принести, кому кофе. Выскочив из-за угла, как чёрт из табакерки, «насильник» дико гогоча, хватает меня за жопу и громко шепчет: «Попалась шлюшка! Попалась блядинка Дашка! Сейчас я буду рвать твою жопу и пизду на фашистский знак! Изнасилую, как врага народа!»
Хуй у Дениса поменьше Михрюткиного будет, но 4 коробка с гаком. Мерзавец рвёт мои трусы и начинает ебать с чувством, с толком, с расстановкой. Он быстро кончает, а я только завелась, но чувствовать горячий живой хуй у себя в пизде куда приятней чем резиновый елдак.
— Ну, пососи, — огорчается опростоволосившейся.
Сосу с прокрутом и проворотом, Дениска каменеет и уже снова елозит у меня в пиздёнке. Трахаемся в упоении. Наконец кончаю, бабочки довольны. Парень обслюнявил свой орган и пристраивается к моему задку. Я вскрикиваю:
— Я такая блядь, я такая шлюха, трахни меня в жопу! Порви её на фашисткий знак.
— Ах, ты хуесоска, — возбуждается Денис, Ах, ты блядинка, с трассы, и ебёт меня со всей пылкостью и страстью на которую способен. Я отвечаю ему тем же, иногда повизгиваю от наслаждения. Бабочки полностью удовлетворились. Подтираюсь изорванными трусами, и со словами: «Храни их, как зеницу око, вспоминая обо мне», сую их в карман очумевшему студенту, возвращаюсь в душный кабинет, работать...
