поговорим — разрешил Саня, заставив меня изрядно повертеться перед глазком камеры.
Конечно, его комплемент выстрелил точно в цель. Как же было приятно услышать, что отлично выгляжу, и как искренни, он все это произнес. Я растаяла, как мороженное, под лучами палящего солнца. Я была готова сделать для него все. Как же мне хотелось, что бы он был рядом.
Мы продолжили беседу. Александр спрашивал — я отвечала. Его интересовало все. Когда потеряла девственность, как это было. С кем, где, мои ощущения. В каких позах люблю заниматься этим. Как отношусь к куни и минету. Сколько было партнеров. Вопросы были довольно разные, и на все мне приходилось отвечать очень подробно. Рассказывая, буквально, все, до, мельчайших деталей.
Поначалу чувствовала скованность. Мне было ужасно неловко говорить о таких вещах, да еще и обнаженной, но, ощущая его неподдельную заинтересованность, я понемногу расслабилась.
Бабочки в животе опять активизировались и я, рассказывая, нервно ерзала на стуле.
После нашего сеанса эротических откровений я долго не могла заснуть, решая, правильно ли поступила, и что делать дальше, как вести себя, но потом решила, что будь, что будет и крепко заснула. Во сне мне приснился луг и много, много белых и душистых цветов.
С утра я проснулась отдохнувшей и с хорошим настроением. Чашка утреннего кофе была особенно вкусной и душистой. А на работе не просто летала — парила над землей.
Подобные «допросы» происходили несколько дней подряд, но сейчас, в наше общение добавился еще один атрибут. Я рассказывала, и одновременно ласкала себя. Об этом попросил Саша и мне, конечно, было неловко, но я ему была благодарна. Рассказывать о таких вещах само по себе возбуждает. Рассказывать лицу противоположного пола возбуждает вдвойне, а рассказывать обнаженной — это уже высший пилотаж, а я в этом деле дилетант...
Александр говорил, где ласкать, и как. Я повторяла это на своем теле. Начинала с поглаживающих движений груди и шеи, потом шел живот и бедра, а как кульминация действа — медленно вставляла несколько пальцев в вагину, и одновременно другой рукой массировала клитор.
Первый блин, как всегда оказался комом. Ласкала я себя неумело, стесняясь того, что за мной наблюдают, понуждают, но на второй день, я возбудилась до такой степени, что после сеанса, залезла в душ и доласкала себя в привычной обстановке, под струями теплой воды. Мне было хорошо. Я представляла, что руки меня ласкающие не мои, а нового любовника. Воображение легко дорисовало картину соития.
А... на третий день я кончила в прямом эфире, порадовав своего друга.
Я сползла со стула, бесстыдно раскинув ноги, хлопала себя по мокрой промежности ладошкой, и, терла, терла, терла возбужденный клитор... А потом зажав ноги вместе и сжавшись в комок, переживала одну волну оргазма за другой...
Мне было стыдно, и хорошо одновременно. Но организм руками не обманешь. Хотя оргазм и был, самый, что ни наесть настоящий, но низ живота все равно подвывал. Тело хотело члена, нормального мужского члена. Что бы вставили, по самое не хочу, заполнили внутреннюю пустоту.
— Хорошая девочка. А главное послушная — похвалил меня Саша. — Нам нужно обязательно встретиться. И чем быстрее, тем лучше.
Я поднялась на седьмое небо, услышав это.
Мы обменялись телефонами, и решили встретиться на следующий день.
Ночью я не сомкнула глаз, представляя себе будущее свидание. Ресторан, номер в отеле. Широченная кровать. Прохладные простыни и наши разгоряченные тела, бьющиеся в экстазе.
Придя на работу, я с порога объявила Катюхе, что ждать ей осталось недолго.
— Катька, милая моя Катюшка, скоро я тебе все расскажу — сказала ей я.
— Давай в выходные в караоке-бар? — тут же предложила подруга.
— Давай, пока, без давай. Давай? — отрезала я, чем опять обидела лучшую подругу.
Но... все оказалось совсем не так, как я нарисовала в ночных фантазиях.
