и не развязывая меня заставил выпить. Для храбрости. Неуверенно добавил:
— Слушай, Юрик! Там этой бабе раскалённым гвоздём сиськи прижигают!..
Как я возмутился! Высказал ему всё, что о нём думаю. Стал вырываться. Не получилось. Был крепко привязан.
Он в общем настаивать не стал. Опять разглядывал происходящее на экране. Потом закурил и подошёл ко мне.
Докурил сигарету до половины. Поднёс раскалённый докрасна её кончик к моему левому соску и быстро вдавил его в сосок. Тут же прижёг и мой правый сосок. Действительно терзать меня как на кассете он не стал. Он просто сделал по одному тычку горящей сигаретой в мои соски. Мне и этого хватило! Боль
ужасная! Хотя и кратковременная. Я мучаясь извивался орал и дрыгал ногами. Проклинал Вову как мог. Когда успокоился он меня отвязал и мы пошли на кухню успокаиваться и допивать. После этого случая у меня не то чтобы желания. Даже мыслей о садо-мазохизме не было в течении трёх месяцев! Володька потом надо мной и собой подтрунивал с удовольствием: я твои соски порвал просто в капусту! Ну а потом, не забыв конечно о нём, мы продолжали периодически наше баловство с различными вариациями. Иногда щадяще, иногда более жестоко. Менялись ролями. Но Вова в роли истязаемого как правило оставался недолго. Прищепки там слабенькие, шлепки. В наших с ним отношениях в роли пытаемого блистал всегда я. И не без удовольствия!
