выходные. — Давай просто выпьем газировки и спокойно поболтаем, а? Сделаем вид, что я тебя в первый раз вижу, а ты — меня, идет?
Некоторое время Ленка колебалась, но в итоге таки взяла бокал. По ее взгляду, оббежавшему помещение, я быстро поняла — она это сделала больше от скуки.
Народ в комнате уже давным-давно разбился на пары, почти неслышно общаясь в разных углах комнаты. Одна пара танцевала какой-то медляк, а остальные попросту забились кто куда и было видно, по большей части, только блеск возбужденных глаз. Зорко поглядывающих на нас время от времени.
Что бы там ни было подмешано в газировку, а Ленке в голову оно ударило почти мгновенно. Не прошло и десяти минут, как она начала глуповато хихикать по поводу и без, бросая недвусмысленные взгляды на парней. По крайней мере губы она облизывала каждую минуту, заглядываясь на бицепсы, торсы и все прочее, что находилось в поле зрения.
Что и говорить, едва только один из мальчиков освободился, как Ленка тут же сорвалась с места и потащила парня танцевать. Как ни странно, комната сразу же оживилась. Я и глазом моргнуть не успела, как танцевальный медляк сменился быстрыми басами, а в центре комнаты ожесточенно скакали все присутствующие. Я поймала взгляд Тани, поманившей меня пальцем в толпу.
Несмотря на то, что желания резвиться у меня не было — пришлось присоединиться. Я понятия не имела, что приготовила Таня для Ленки, и, если честно, то и не хотела знать. На душе было, мягко говоря, противно. Как ни крути, а я отчетливо понимала, что подставила Лену.
Сюжет, между тем, развивался весьма стремительно. Едва я только вошла во вкус танца, как музыка слегка притихла, а откуда-то из другой комнаты раздался мощный голос одного из парней:
— Эй, зацените все!
Что и говорить, все присутствующие чуть ли не сорвались с места, ринувшись на кухню. Я, хоть и пришла в числе последних, увидела все до последней капли.
Парень стоял, облокотившись о плитку. Штаны были приспущены, а Ленка стояла перед ним на коленях, блаженно отсасывая. К тому же, сосала до того смачно, что по всей кухне раздавалось причмокивание. И, судя по всему, обступившая толпа девушку совершенно не волновала.
— Ты только зацени, как сосет! — засмеялась Танька. — Ах, Лена, Лена, вот уж не думала, что ты такая хуесосочка!
— Мммм, — раздалось что-то совершенно нечленораздельное в ответ от Лены.
— Да ты давай, блядь, на хуй насаживайся! — хохоча, рявкнул парень и, положив руку на затылок нашей старосты, показал ей нужные движения — глубокие и резкие. — Бляя... помогите этой суке кто-нибудь! — парень снова оперся о плитку.
Одна из девушек — подружек Тани, тут же вышла вперед и присела рядом с Леной, ухватив ее за волосы.
— Вот как отсасывать надо! — девушка начала попросту насаживать Ленкин ротик на торчащий хуй. — Я тебя сейчас научу мужикам удовольствие доставлять!
— Давай, Динка, так ее! — засмеялась Таня. — Мы-то знаем, как ты умеешь! Научи шалаву!
Сказать, что мне было противно смотреть на это — это в общем-то, сильно приуменьшить. Меня переворачивало от одной мысли, на что я обрекла Лену. Впрочем, я отчетливо понимала, что если бы я этого не сделала то, скорее всего, сейчас бы двух шалав насаживали ртом на хуи.
И, что уж тут скрывать, зрелище меня изрядно заводило. Как, наверное, и всех остальных. Уж не знаю чем именно, но было в этом что-то извращенное, запретное. Просто стоять в сторонке и смотреть, как другого человека унижают. И втайне радоваться, что не меня.
— Что-то она уж слишком сильно одета! Хуесоскам надо быть голыми! — заявил один из парней.
Его предложение тут же поддержали. Двое парней подошли и как могли раздели Ленку. Обтягивающую водолазку снять не удалось — для этого пришлось бы оттащить Лену от члена хотя бы на пять секунд, а этого делать явно не собирались. А потому кусок одежды просто задрали повыше, выставив голое тело девушки на
