может нажать чуть сильнее. Виктория чувствовала, как носок обуви легонько ходит туда-сюда, прижимая половые губки то с одного угла, то с другого. И, спустя минуту или две, Вика почувствовала, что ее тело начинает отвечать на эту странную ласку.Внутри начало медленно зарождаться возбуждение, так и зависнув где-то глубоко внутри и не в силах окончательно поселиться в Виктории. А сдерживал ее холодный взгляд Оксаны. От нежности в ее серых глазах не осталась и следа. На лице была холодная полуулыбка, не сулящая ничего хорошего. Руки были скрещены на груди, плечи откинуты назад. И лишь неровное постукивание кончиком обуви по вагине Виктории хоть как-то выдавало ее настроение. — Сними пиджак, — все так же холодно сказала она и Виктория без раздумий подчинилась.Оксана чуть сместилась, чтобы получше видеть округлые грудки девушки сквозь полупрозрачную блузку. А Вика замерла с каменным выражением лица — нога Оксаны тоже чуть сместилась. И теперь давила на ее клитор прямо центром подошвы, а небольшой каблук то и дело тыкался в зад девушки. Оксана наверняка делала это специально — играла с Викторией, давала ей понять, что может в любой момент причинить ей дикую боль.Но пока что лишь играла с ней, держала где-то между возбуждением и страхом.А потом начала как ни в чем ни бывало разговаривать. Вытягивать из Вики, как складывалась ее жизнь до сих пор. Ее не интересовали на адреса, ни имена. Она просто расспрашивала Вику о ее жизни.И та отвечала. Рассказала, что жизнь не слишком то хорошо сложилась, что она выросла не такой, как хотелось бы. Рассказала, как понемногу прогуливала в школе, что с родителями особо теплых отношений у нее не сохранилось и те только рады были сплавить свою дочку подальше, в другой город. Рассказала, как лишилась девственности еще в школе, скорее из протеста, чем по любви. И что с тех самых пор никого не любила — что для нее секс и любовь были раздельными понятиями, а не одним и тем же.Где-то посреди этого рассказа, посетительницы у окна встали, быстро расплатились и вышли. И все это время Виктория молила высшие силы, чтобы ее не заметили. Девушка, сидящая с широко расставленными ногами — сама по себе бросалась в глаза, а уж с чужой ногой между них — тем более.Но, судя по всему, пронесло. Оксана все это время с чертиками в глазах разглядывала Вику, видела ее смущение, нежелание быть увиденной. Может быть, отчасти по этому, стоило девушкам покинуть кафе, как Оксана тут же приказала снять блузку.Виктория на несколько секунд застыла в немой панике, но Оксана надавила своей ногой чуть посильнее и Вику пронзила тупая боль, расходящаяся кругами от ее промежности. Вытерпев несколько секунд, девушка не слушающимися пальцами расстегнула пуговицы и скинула блузку, чувствуя, как свежий воздух щекочет почти обнаженное тело.Оксана ослабила напор и не прошло и нескольких минут, как Виктория поняла — что где-то в глубине ей нравится происходящее. Соски мало-помалу затвердели от легкого возбуждения, а мягкое сидение, на котором Вика сидела голым задом, стало казаться намного приятнее.Но страх того, что ее увидят в таком виде лишь усилился и Виктория, при всем желании, не могла расслабиться. Тело достигло неясного порога на самой гране легкого возбуждения и застыло там, не в силах шелохнуться.Лишь когда рассказ Виктории был окочен и Оксана узнала все, что ей хотелось, девушке позволили одеться.А затем усадили обратно на переднее сиденье.Едва машина тронулась, как Оксана тут же приказала Вике открыть бардачок. Внутри девушка обнаружила кроваво-красный фаллос средних размеров. — Воткни его себе в пизду, — бросила ... Оксана, смотря на дорогу. — Считай это подарком, на память о первой встрече. И не смей его терять! — Хорошо, — немного понуро сказала Виктория и медленно ввела в себя фаллос.Особого возбуждения не было, а потому пришлось немного
