Где бы его ни носило, уже вечереет, а послушник так и не объявился. Заволновавшись, женщина решила выйти в город поискать своего непутевого слугу. На рынке она встретила своих боевых подруг — одну северную амазонку (северянки были несколько крупнее, крепкие такие, использовали в бою больше силы чем ловкости) и двух южных. Слово за слово, вспомнились разные ситуации, в которых они вместе побывали, мужчины, с которыми переспали. Лейла не преминула упомянуть своего парня, хотя подруги не особо поняли, что она с ним возится. — Классно трахается это, конечно, хорошо, но что толку от такого мямли? — ничего другого от северянки и ожидать не стоило. Еще бы — северные мужики все волосатые великаны, Каин явно не подходил под ее представление настоящего мужчины. — Не знаю, он довольно милый и совершенно ручной. Он удобен. — Поиграйся с ним и брось к черту. — Не учи ученую.На этом разговор перешел в другое русло. Уже совсем стемнело, но людей на улицах меньше не становилось. — Да не рыпайся ты, дрянь! — какая-то компания балагуров похоже решила поразвлечься с официанткой из таверны, которую они покидали. — Мы заплатим тебе за услуги. — Нет! Пустите! Не надо!Эти парни, похоже, были из наемников — целая банда отморозков. С ними лучше не связываться — пьяные и вооруженные плохое сочетание. Местных гвардейцев и след простыл. «Вот тебе и защитники простых жителей. Ха! Никто за нее не заступится, все обходят стороной, будто так и надо, будто ничего не происходит. Даже ее отец — хозяин таверны не вмешивается. Потерпит, ничего с ней не случится. Этот мир жесток, пусть привыкает». — «Нет» — категорическая форма отрицания и если девушка говорит «нет», значит, нет! — Это еще что за клоун? — подруга указала на автора этого смелого выпада и Лейла с удивлением увидела своего мальчика. Она даже не узнала его голоса — в нем было столько металлического холода. — А ты еще кто такой? Ее парень? — Пожалуйста, отпустите девушку. Она не хочет идти с Вами, — с этими словами Каин двинулся к балагурам. Все вокруг разошлись и освободили площадь, предчувствуя стычку. — Ой, да брось ты, мы ее попользуем немного, тебе жалко что ли? Мы даже заплатим, честно! Научим ее таким штучкам, о которых ты и не слышал. — Нет! Пожалуйста, спасите! — предложенная перспектива явно не устраивала обливающуюся слезами отчаяния девушку, которую мужчина держал за волосы. Но тут в разговор вмешался другой наемник — его дружок: — Слушай ты, пугало, а не пошел бы ты отсюда куда подальше, а?! Иди своей дорогой, возьми пример с окружающих и не строй из себя рыцаря в сверкающих доспехах — не в таких лохмотьях! — этот тип явно собрался проучить заступника, подошел к послушнику и стал его враждебно рассматривать сверху донизу, при этом кружа вокруг парнишки. — А ну, пшел я сказал! — с этими словами мужчина толкнул Каина в лицо, стянув с юноши капюшон — послушник слегка покачнулся, но устоял. — Ого, да он красавчик! — заметила одна из подруг Лейлы. — Жаль, что его сейчас в расход пустят.«Действительно жаль... А день так хорошо начинался. Что ж ты делаешь, болван? Ты конечно парень крепкий, но тут дюжина наемников, а ты... А что ты? Просто монашек. И я тебе ничем здесь помочь не смогу». И тем не менее что-то в виде Каина ее приятно удивляло. Это его глаза и выражение лица — вовсе не те, к которым привыкла она — смущенный взгляд избегает встретиться с твоим, лицо постоянно краснеющее... Нет, сейчас, в этой казалось бы очень непростой ситуации, когда ошибка может стоить жизни — его взгляд с новой силой стал излучать все то, что она ощутила во время первой встречи и когда подглядывала за его купанием. Это глаза хищника, смотрящего на жертву — холодные, спокойные, рассудительные... безжалостные. — Похоже, дипломатическим путем решить сложившуюся ситуацию не представляется возможным, — этот невозмутимый тон казался совсем
