пакетиком, демонстрируя мне свою голую попку и щелку. Потом вернулась назад. Ее щеки слегка покраснели. Но особой скованности я не заметил. — Можешь встать, — картина меня завела, и мой голос охрип.Мы перешли в другой ряд. — Надо повторить, — сказал я. — Ты мне очень понравилась. — Мне тоже понравилось. А где?По ее голосу я понял, что она начала возбуждаться.Мы оказались в отделе женской одежды. Людей там не было вообще. На самой нижней полке стояли пакеты с колготками. По моей команде, она повторила приседание. Но когда она стояла на коленях, я приказал ей задрать юбчонку до пояса. Она так стояла на полу, почти на четвереньках, в магазине, с голой попкой и раздвинутыми ногами. Ждал разрешения подняться. Я опустился рядом с ней и, поправляя юбку, медленно провел пальцами по ее щелочке. задержавшись на дырочке, потом на клиторе. Она текла.Тут раздались голоса, и пришлось быстро принимать «приличный» вид. Обошлось. Мы прошлись еще раз по магазину. К сожалению, больше возможностей поиграть не было. Мы пошли к кассе. — Хозяин, я очень хочу себя поласкать, можно мне это сделать?Я посмотрел на нее. Она просилась на полном серьезе. Она повернулась ко мне и ее рука уже тянулась к юбке. Она даже немного дрожала. Но я увидел, что в глазах у нее мелькнули бесенята. Она провоцировала меня. — Здесь нельзя, — черезчур серьезно ответил я. — Я скажу, когда и где. — Хорошо, хозяин, — в притворном послушании, она опустила глаза.Когда мы подошли к машине, я понял, что рассчитал все верно. Пока мы были в магазине, половина машин разъехалась, и наша оказалась метрах в двадцати от ближайшей.Я остановил Аленку, так, чтобы наш загораживал наш джип. — Расстегни блузку полностью, и потяни юбку за пояс вверх, пока я не скажу хватит.Она поднимала юбку, пока половина попку на стала видна. — Теперь перекладывай покупки в машину.Я специально отодвинул тележку, чтобы она делала пару шагов от машины к ней. Она стала складывать покупки на заднее сиденье. Я поправил ее, чтобы пакеты она ставила на пол, подальше от себя. Для этого ей приходилось вставать одной ногой на подножку и сильно наклоняться вперед. Блузка распахивалась и ее грудки двумя маленькими конусами свешивались вниз. Юбка, задранная вверх, не скрывала ничего. Аленка сверкала своей мокрой щелкой, голой попкой, колечком ануса. Она сходила к тележке раз и второй. На третий, я задержал ее в машине. Ей приходилось почти ложиться на заднее сиденье, а одной ногой она опиралась в пол. В этой позе я ее и остановил, приказав, поставить банки и пакеты поровнее, а сам положил ей руку на попку, засунув большой палец ей в дырочку. Она замерла. А я почувствовал, что и попку у нее достаточно мокрая. Вставив в нее и указательный палец. Она лежала, не шевелилась. — Что остановилась, выравнивай.Она всхлипнула, и потянулась к пакетам. Пока она пыталась одной рукой отодвинуть их подальше, я трахал ее в обе дырочки. Она стонала, извивалась. Потом я остановился. Вытащил мокрые пальцы из нее, я окончательно сдвинул ее юбку вверх. Огляделся, никого рядом. — Сейчас ты полуголая возьмешь банку с крюшонами из тележки и аккуратно поставишь ее в самый дальний угол. Потом попросишь меня снова засунуть в тебя пальцы. Убедительно попросишь, поняла. Толька тогда я разрешу тебе кончить. Вперед. — Почти голая, на дрожащих ногах, она вылезла из машины, наклонилась над тележкой, и вернулась в машину. Поставив маленькую баночку, она осталась лежать на сидении, животом вниз. Одна нога не умещалась, и она опустила ее согнутую на пол, открывая мне великолепный обзор. — Хозяин, пожалуйста, засунь в меня свои пальцы.Я, достаточно ощутимо шлепнул ее по голой попке. — Это неубедительно! Куда засунуть? Сколько пальцев? — на каждое слово я бил ее то по одной половинке, то по другой. Она стонала. — Хозяин, я очень тебя прошу,
