Как-то, несколько лет назад, я из любопытства заглянул в мамин шкаф. Там были такие необычные для мальчиков вещи, которые словно приоткрыли дверь в другой, девичий мир, который всегда вызывал интерес. Лифчики, трусики, колготки... все это было каким-то другим и непонятным. И мне просто хотелось понять, почему, что в них другого. Было немного стыдно, когда я рассматривал их, но меня никто не видел, не мог высмеять или запретить делать это. Это же любопытство заставило как-то примерить на себя одно... другое... И неожиданно стало вызывать уже другие, томительные ощущения. Их хотелось переживать заново. И я, надев белье, словно становился кем-то другим.Мне хотелось представить себя девочками из класса, всеми, по очереди. Представить, что они чувствуют, когда одеваются, когда на них смотрят, когда им подглядывают под юбку... Это нравилось и захватывало. Мешало только то, что в шкафу не было девчачьей одежды. Когда я закрывал глаза и чувствовал на себе лифчик, я мог представить себя кем хотел, но мне очень хотелось еще и смотреть на него. Представить же себе одноклассниц в таком лифчике у меня не получалось. Мамины вещи были слишком настоящими, слишком взрослыми. Они навевали какие-то другие чувства и мысли, которых я боялся...Попытка представить себя взрослой женщиной вызывала что-то грубое, связанное с насилием, ощущение того, что со мной хотят сделать что-то большее, чем просто подглядывать за мной... Я отгонял эти мысли, но они возвращались снова, все более явственно, принимали конкретные очертания. Там было уже что-то из запретного, были большие мужские члены, которыми мной хотели овладеть, унизить, сделать что-то постыдное... Кроме того мне еще и становилось совсем стыдно, если я при этом вспоминал, что это не просто женские вещи, а мамины. Но желание было очень сильным и я понемногу привыкал к этому. К тому же я давно хотел попробовать надеть мамин пояс с чулками, которые я видел в самом дальнем углу шкафа.Когда я первый раз надел пояс и чулки, ощущения оказались просто фантастическими. Это оказалось самым женственным предметом, из всех, что я примерял! То, как они нежно облегали ноги, как выглядели со стороны, как оставляли открытой самую интимную часть, причем не только чтобы ее увидеть, но и давали полный доступ к ней... Я больше всего боялся подумать и изо всех сил отгонял мысль о том, что мама надевала такое. Сначала я представлял себя нашими девочками, одевающими это в школу под платье. Это было очень необычно, возбуждающе, но слишком уж нереально, потому что они должны были представлять, что собираются в этом делать! Но как только я представил, что я — взрослая женщина, это охватило меня целиком. Мне захотелось больше и я впервые ясно представил не только то, что меня хотят мужчины, но и что они овладевают мной! У меня некстати мелькнула мысль о маме, но стыд вдруг прошел, а желание думать об этом осталось. Я надел еще мамину комбинацию, лег в ее кровать и закрыл глаза...У меня никогда не было таких сильных ощущений! Я представил себя мамой, представил, что я лежу именно в таком виде, что на мне сейчас лежит мужчина, он пристает ко мне, хочет меня! Его возбуждает все, он смотрит на мое белье, на мои ноги в чулках, на мою грудь горящими глазами. То, что я обычно скрываю от мужчин, он видит все полностью и от ощущения наготы перед мужчиной мне становится стыдно, но от этого внутри все начинает дрожать. Он понимает для чего я одела чулки и мне становится еще более стыдно от того, что он это понимает! Я отказываюсь, сопротивляюсь, но он все равно грубо щупает и тискает мою грудь, потом лезет мне под комбинацию, и... вводит в меня свой член! Я не удержался от выдоха с протяжным женским стоном, настолько это было возбуждающе!Когда я пришел в себя, мне все же стало не по себе от того, что позволил себе представлять такое. Несколько дней я не решался думать об этом, но потом желание вернулось. И я подчинился
