нравится? — Да, Хозяин... спасибо, — помедлив закончил. Наверно за это стоило сказать спасибо.И он продолжал, делая перерывы на короткий отдых, усиливая удары. Ники закрывал глаза, пытаясь забыть о чужих людях, они явно мешали ему расслабиться. Удары становились всё ощутимее, потом спадали и снова, чуть сильнее нарастая пред спадом. Господин двигался волнами. Это продолжалось довольно долго. И становилось всё сильнее. Кожа в областях воздействия принимала красноватый оттенок. — Ещё, — продолжал шептать Ники, всё реже, не потому, что больно, а потому что он странным образом расслаблялся, смотрел вперёд открытыми глазами, но не видел людей и диванов, или видел, но совсем не придавал им значения. В голове только звук опускаемой на ... кожу плети. Размеренный и ритмичный. Ники замотал головой. Что за херня, куда он уплывал, усилием воли он возвращал себя к реальности. — Ещё. Сильнее! Пожалуйста, Хозяин — почти выкрикнул. В надежде, что резкая боль отрезвит. Но Хозяин похоже понял, что с ним что-то происходит. Остановился и наклонился к нему. — Что такое? — проговорил спокойно, без угрозы. — Я хочу сильнее, Хозяин. Пожалуйста. — прошептал Ник ему в ответ. — Расслабься, я тебе уже сказал. — Я не понимаю, что со мной, Господин. — Всё с тобой нормально, хочешь уплыть, уплывай. А я тебе помогу удержаться на поверхности. — Хорошо, Хозяин. — Ники понял, что от него требовалось. Это проверка на доверие, Господин делал так специально, зная реакцию. От Ники требовалось расслабиться и принять в себя это состояние.Хозяин вернулся в старый ритм, и когда у Ники опять поплыло сознание, добавил во вторую руку другую плеть, семихвостку, с переплетёнными хвостами. Опустил её перед лицом Ники, демонстрируя. Теперь удары стали другими. Эта плеть била сильнее и ощутимо больнее мягкого флогера, но Господин выбирал места ударов и чередовал с воздействиями плети в другой руке, слегка выдёргивая Ники из этого состояния. Но ритмичностью и погружая туда сново. — Я хочу ещё, Господин. — Ники начинал чувствовать боль всё меньше, хотя удары и становились сильнее. Обжигающие и оставляющие следы на коже, в некоторых местах повреждая её до крови. Ники бы сейчас в это не поверил, он находился в другом месте. Все же здесь он и видел всё вокруг, но плохо осознавал, боли было всё меньше, ритм почти не сбивался, усталость в связанном теле отходила на задний план. Он расслаблялся и позволял этим волнам подхватить себя. И ему было хорошо, просто невероятно хорошо и всё равно на всё остальное. Из глаз непроизвольно выкатились слёзы и он тихонько всхлипнул. — Всё хорошо, солнце? — Он снова склонялся к его лицу. Ники потребовалось, чтобы он повторил дважды, прежде, чем сфокусироваться и ответить. — Ты плачешь. — Мне не больно, Хозяин. Мне хорошо. Пожалуйста, продолжайте. — проговорил наконец сквозь слёзы. Господин многозначительно повернулся к диванчикам. — Он плачет и ему хорошо. По-моему искренне. Добавим ещё.Господин продолжал, меняя девайсы в руках, многохвостку на стек, обратно и в довершении взяв кнут. К этому моменту Ники уже почти окончательно отключился от этого мира. Это было похоже на действие наркотика и он смутно предполагал, что так оно и есть, Хозяева вполне могли успеть ему что-то дать, но он никак не мог вспомнить подходящий момент, вскоре отринув все мысли. Слёзы текли и он не пытался их останавливать, просто находиться в этом состоянии было блаженством, схожим с оргазмом, но более плавным и обволакивающим, он будто бы не чувствовал тела и парил в невесомости космоса. Он обмяк в путах. Ни о чём не думая, просто наслаждаясь, время тоже стёрлось. Господин ударил кнутом. Длинная полоса оставила багровеющий след, из повреждённой кожи просочившись каплями крови. Ники не почувствовал это. И даже не вскрикнул. Несколько ударов он
