разговор с ней пойти вполне можно, тем паче, что повод есть, бывший ученик зовет поговорить в... Но тут проблема. На ресторан денег нет. Так, наверное, стоит просто поговорить с ней в школе? Время сейчас полседьмого, учителя в школе до семи, успею, стопроцентно. До завтра ждать сил нет, поэтому придется рисковать сейчас.
Накинув на себя толстовку, я отправился по выверенному за долгие годы маршруту обратно в школу. В голове у меня все еще вертелись и Тютин, и Юлия Борисовна, и отчего-то вспомнилась Яна. Где она теперь? Надо бы у Синицына поинтересоваться, как раз сегодня в десять у нас встреча. Из школы уже точно вернусь, хотя, как знать, может, опять застану кого-нибудь врасплох...
Я уже выходил из того самого небольшого парка за школой, где мы когда-то впервые совокупились с Яной, как вдруг услышал странные стоны откуда-то сзади. Оглянулся — никого. Вернувшись на пару шагов назад, мой взгляд едва скользнул по кусту сирени, который колыхался, прямо скажем, не по ветру. Я медленно подошел еще ближе и увидел какую-то пару. Голый мужик юлозил над стройной девушкой, джинсы которой сползли до колен, а подобия майки и куртки тряслись где-то на уровне шеи. «Вот зараза, подумал я, теплым майским вечером кто-то решил развлечься. Весьма пикантный способ, учитывая то, что до темноты еще далеко. Видимо, напились пива».
На самом выходе из парка я увидел пару разбитых бутылок.
Увы, но таковы были реалии спального района уездного города N.
Школа уже показалась за тополями, как вдруг в меня влетела какая-то старшеклассница.
— Какой красивый мужчинаа, — протянула блондиночка — не угостите девушку?
— Не пью, — хмуро отозвался я.
— Так давай начнем.
Даа, явно шкура какая-то. Обтягивающие лосины, розовая маечка адидас, килограмм жвачки во рту — типичная представительница гопо сапиенс, то есть гопника-разумного. Серьезно, такие ведь должны были остаться в 2007, что еще за новости?...
— Извините, я занят.
— Шары в карманах катаешь, что ли?
Это правда. Руки мои были в карманах джинсов, но на подобную дерзость я отвечать не стал, ибо не то увлекало мои мысли сейчас.
— Так ты пойдешь со мной или нет? — с интонацией обезьянки спросила блондиночка, надув свои плохо накрашенные губы.
— Тебе хоть 18 есть?
— Пошел нах*й, суть не в возрасте, а в мироо... в мирооо, отщу... мироощущении, бля*ь!
В чем 2007 выигрывал у нашего времени, так это в том, что тогда не у всех подобных шкур был доступ к Вконтакте.
Я помахал ей рукой, ускоряя шаг:
— До свидания.
— Я с тобой не прощаюсь, ты, епта бля. Ты еще узнаешь, кого отверг!...
Да мне, в общем, и знать не хотелось.
Миновав все преграды на своем пути, я наконец добрался до школы. На этот раз обошелся без приветствия с дядей Васей, а скорым шагом прошел к учительской. На мое счастье, из нее как раз выходила Юлия Борисовна, слегка помятая, но как будто посвежевшая. Оказалось, что она меня ниже почти на полголовы.
— Федя, — воскликнула она — надо же, ты пришел! Как давно я тебя не видела.
Мы обнялись. От осознания того, что это тело, почти вплотную прижавшееся ко мне на несколько мгновений, лапал какой-то подонок сводило зубы и на душе стало как-то жутко: будто кошки по стеклу скребли. Я старался поймать каждый миг, наносекунду ее прикосновения и в то же время старался как можно быстрее вырваться из объятий. Меня словно рвало на двое. Однако прикосновения полы ее юбки о мои штаны было мне безумно приятно.
— Я бы хотел с вами поговорить, — отпрянув, сказал я.
— Да, конечно, — улыбнулась она мне.
Какая приятная, лучезарная улыбка. Как я этого раньше не замечал? Стал взрослее, просто. Только и всего. Видимо, романтичные девочки вроде Яны или моих петербуржских пассий мне становятся не по душе.
Интересная тенденция в связи с последними событиями.
Юлия Борисовна быстро нашла ключи от кабинета, соседствовавшего с учительской, мы зашли туда и присели.
